Выражаясь в манере безымянных авторов «Тысячи и одной ночи» – десятка из десяток, порождение джинна…
Тихая улочка, захолустный район с несколькими панельными пятиэтажками по левую сторону дороги – ну, это само по себе еще не было головной болью, все и так знали, что опытный человек вопреки иным стереотипам как раз такие места и выбирает: очень трудно маскироваться наружке, не то что на многолюдном проспекте мегаполиса.
Но вот по правую сторону дороги – детский сад с огромным, огороженным невысоконьким забором двором, по которому шумные карапузики обоего пола разгуливали в устрашающем множестве.
Для человека непосвященного картина умилительная (ну, где все ваши разговоры о сокращении нации?!), а для специалиста сейчас – картина жуткая. Потому что доподлинно известны две вещи: во-первых, у Скляра с Остапом карманы чем только ни набиты, а во-вторых, терять им, в общем, нечего.
И место выбрано с умыслом, как раз из-за детского многолюдства, – иначе зачем Остап в какой-то момент резко ускорил шаг, оторвался от спутника, прошел мимо томившегося в условленном месте подполковника и занял позицию метрах в пятнадцати от него, как раз напротив заборчика? Заборчик, хилые штакетины, достигает ему до пояса, одним рывком перемахнешь, а по другую сторону – писк, беготня, песочница, парочка клуш-воспитательниц, от которых в данной ситуации толку чуть меньше, чем от козла молока…
Но все равно растерянности не возникло, люди бывалые.
Скляр уже дружески здоровкался за ручку со своим ссученным дружком – полноватая, щекастенькая штабная сволочь, которой мало было безопасного места службы, и проистекавших от близости к начальству льгот, и шинельки из генеральского сукна, и безотказных химических блондинок-прапорщиц.
Вокруг уже началась работа.