Чуть не ору, когда Шаталов припечатывает меня к своему боку и почти несет.
— Только пискни! — рычит он.
А я в шоке пытаюсь вспомнить, переходили ли мы на «ты» в новой жизни.
Вчера в машине? Кажется, нет! В ресторане? При Кравцове вряд ли.
— Я сейчас не то что пискну, я взвою!
Пытаюсь отбиться от такой помощи. Луплю острым локтем в область ребер, целюсь коленом в бедро. Стараюсь изо всех сил. Но проще сдвинуть гору.
— Обязательно взвоешь! Я тебе обещаю! — Шаталов вносит меня в мой кабинет и захлопывает дверь.
— Что вы себе позволяете? — Отпрыгиваю от него, как мышь от бешеного кота.
Свидетелей здесь нет, можно больше не изображать из себя беспомощную дуру.
— Мы вчера не договорили.
Шаталов настигает меня в три широких шага и прижимает торсом к стене. Той самой, на которой висит целый иконостас дипломов и сертификатов.
Стена гордости... до этого момента. А сейчас стена позора.
— Ах да, точно... — Тело реагирует сильнее, чем мозг. Колени слабнут, по позвонкам катится волна жара. — Кажется, мы говорили о семейных ценностях.
Не знаю, каким чудом я сохраняю мозг в сознании. Но не успеваю договорить, Шаталов с особой одержимостью спешит решить и эту проблему.
— Ты всегда такая острая на язычок?
Он под попу подкидывает меня вверх и как по бугристой горке спускает вниз. Заставляет коснуться всех его выпуклостей. И железного пресса. Идеального, с полным набором кубиков. И бедер. И члена. Налитого. Крупного. По ощущениям, гораздо большего, чем у Кравцова. По памяти тоже.
— А вы со всеми работниками планируете знакомиться на ощупь? — Глушу стон, когда мужские ладони принимаются за мой зад.
Мнут его! Настойчиво. Жестко. Смещаясь с каждой секундой все ниже. Туда, где все уже горит и плавится.
— Лишь с самыми вредными! — Марк со свистом выпускает воздух сквозь зубы. И, будто надеясь облегчить боль, вжимается пахом в мой живот.
Никакой субординации! Даже ни намека на нее.
Наверное, нужно заорать или позвать кого-нибудь на помощь. Такими темпами через пару минут я буду на столе с раздвинутыми ногами.
Перспектива заманчивая, учитывая, что последняя близость была полгода назад, а в искусстве секса Шаталов так и остался на вершине пьедестала."
"Если бы не парочка «но», я бы уступила. Пофиг, что не место и что видимся всего третий раз. Сдалась бы. Ради здоровья! Ради сумасшедших ощущений, которые даже время не способно вычеркнуть из памяти.
Однако эти «но» отрезвляют.