Но властвовать не означает, что…
— Властвовать означает то, что означает! — с ноткой раздражения в голосе перебил его Патрик. — Смысл этого глагола абсолютно ясен, мне кажется! Хотя да, некоторые испокон веков пытаются занять не свое место. Но женщины никогда не займут наше место. Ты по-прежнему согласен?
— Это очевидно.
— Хорошо. Мы делаем успехи… Тогда скажи мне, к чему все эти глупости? Если я хочу какую-то женщину, мне достаточно взять ее, верно? А в данном случае я хочу взять женщину до того, как она станет шлюхой.
— Но это не женщина! — неожиданно взрывается Вильям. — Это девочка!
— Неужели? Она находится в детородном возрасте, не это ли есть быть женщиной?
Вильям отрицательно покачал головой. Он утопал в грязи по самый подбородок. Уже не слишком хорошо понимал, за что уцепиться. Черт возьми, Рафаэль, почему же ты не прикончил этого мерзавца?"
"— Мне всего лишь хватает смелости пренебрегать теми законами, которые представляют собой не что иное, как отражение окружающего нас лицемерия.
— А любовь? Это для тебя ничто?
— Любовь? — осклабился Патрик.
— Ты любишь Сандру или нет?
Похоже, Патрика удивил этот вопрос.
— Мы никогда не любим никого, кроме себя, парень. Самого себя, и никого больше.
Сандра замерла на верхней ступеньке лестницы, вцепившись рукой в деревянные перила.
И затаила дыхание.
— В общем, да. И только потому, что она часть меня.
Вилли, 11 лет
Он стоит перед доской. Хотя он не видит ее.
Учитель говорит. Хотя он не слушает его.
Юный Вильям где-то витает, как это часто случается с ним. Заблудившись в своих мыслях, как и в своей жизни.
Он размышляет, не из-за него ли ушел отец — как раз перед самым его рождением. Есть ли другое объяснение?
Отец его не хотел — это кажется очевидным.
Убийственно очевидным.
Но как можно было решиться отказаться от него, даже еще его не узнав? Это не имеет никакого смысла.
Так что Вильям задает себе этот вопрос. Снова и снова. Он надеется, что отец оставил их из-за женщины. Что за этим уходом хотя бы стоит любовь…
Мать никогда об этом не говорит, она выбросила все фотографии. Еще счастье, что Рафаэль одну сохранил. Вильям хотя бы знает, как выглядит его папаша.
Он похож на Рафаэля.
Еще несколько месяцев назад брат иногда приходил за ним в школу.