Последнее упоминание о злачном месте звучало следующим образом: «Пусть будет проклят переступивший порог этого ада! Пусть падут на него грехи умерших, неся за собой нищету и позор». После этих отчаянных строк, как следовало уже из другого дневника, дедушка Якоб застрелился, оставив семью без единого пфеннига.
Все известные представители их некогда славного рода отличались цинизмом, беспринципностью и азартом. Еще до появления на территории Европы первого игорного заведения они не пропустили ни одного спора или пари, не моргнув глазом ставя на кон целые имения.
Вместе с тем невезение Эдельбергов в игре с лихвой компенсировалось победами в любви. О непреодолимом, сокрушительном обаянии мужчин их семейства ходили легенды, им не могли противостоять ни крестьянки, ни герцогини. Народная молва приписывала сей феномен наследственности: со странной, почти сверхъестественной закономерностью в семье рождались только мальчики.
Немалую роль в дальнейшей судьбе рода сыграла и традиция брать в жены только красавиц. Эдельбергов не интересовало ни происхождение избранницы, ни родительское благословение ее семьи, и зачастую вместо приданого счастливый новобрачный приносил в дом очередную партию проклятий, что в сочетании с разрушительным азартом наносило все более существенный урон фамильной казне.
С приходом девятнадцатого века положение семьи стало ухудшаться в геометрической прогрессии. Жениться на деньгах или заниматься бизнесом по-прежнему считалось делом недостойным, а других источников обогащения уже, увы, не находилось.
Век двадцатый обрек Эдельбергов на вымирание. Две мировые войны не принесли им ничего, кроме разочарования: замки, картины, украшения — все было продано. Маргарите и ее брату-близнецу Вальтеру, последним представителям славного рода, в наследство досталась лишь невероятная красота прабабок, воспоминания о былой славе и несколько поблекших фотографий.
3
По счастью, один из далеких прадедов, страстно мечтавший о дочери или внучке, оплатил в свое время лучшую в Англии женскую школу-пансион. И как только первой девочке в роду фон Эдельбергов исполнилось шесть лет, чопорные англичане без лишних слов приняли ее под свою опеку.