«Слышь, Матвей! Я тут подумал, зови меня Рокки, а то Муха, как-то несолидно… я и веса поднабрал уже…» — пришла мыслеформа от боксера: «Профессор, а ты не хочешь себе крутое прозвище?»
«Не вмешивайте меня в эти глупости…» — фыркнул Ларс, а потом понизил голос: «Я добрался до странного места в памяти с тремя крестами, заваленными набок. Очень интересные там образы… И, вообще, не отвлекайте, история про горничную, прямо как у меня когда-то было…»
«Так, хватит там шастать! Моя память — это не поле чудес с черным ящиком! Но, для протокола — все, что вы найдете в моей памяти — все жухло.
* * *Шварц фон Бринкен оказался довольно приятным старичком с, вероятно, самыми крупными и крепкими руками, которые я когда-либо видел. При первом взгляде на него возникло только две мысли: как можно с такими сардельками быть ювелиром, и неужели в этом мире существуют гномы?
Вторая мысль, правда появилась, когда широкоплечий гигант, встречавший нас за прилавком, услышав мое имя, спрыгнув не иначе как с табуретки, прибежал и сцапал меня в объятиях где-то в районе поясницы.
Дед оказался чрезвычайно говорлив и сентиментален. Соболезновал утрате, вспоминал Гордея и все связанные с ним истории. Только минут через тридцать, закончив свою речь пылким заверением, что друг Гордея — его друг, а внук Гордея — его внук, поинтересовался, с чем мы пожаловали.
«Я надеюсь, это фигуральное выражение было про родственные связи?» — уточнил Ларс и хихикнул: «Матвей, мне казалось, что мы про тебя уже все знаем…»
«Ну какой он родственник? Ты кулачищи видел? А теперь на наши посмотри…» — я почувствовал импульс, попытавшийся поднести ладони к лицу, но жестко пресек свободу фобосов, мысленно ударив по рукам.
— Господин Шварц, — я выложил на прилавок душелов, хоть и по другому вопросу пришел.
— Хм, — гном достал очки в толстой оправе, надел на нос и посмотрел на фляжку. — Узнаю свою работу. Заткнуть фобосов просто — подлейте туда водки, буквально на пару пальцев. Только хорошей. Перманентное хмурое похмелье им обеспечено.
Волнами прошли эмоции Мухи с Ларсом: сначала затаились, потом облегченно выдохнули, а в конце напряглись.