Морская рыба, сбрызнутая лимонным соком, теплые еще молодые картофелины, жареный сыр и множество зелени – я жевала, запихивая куски в рот, снова старательно жевала, и запивала из высокого литрового, наверно, бокала с морсом из свежих ягод.
– Ты уверен, что мы ее прокормим? – раздалось от двери. Я обернулась, и увидела, что там стоят братья, один из которых снова не удержался, чтобы не уколоть меня. Интересно, он со всеми такой беспардонный, или только я вызываю в нем эту волну ехидства?
– Ты мне поговори еще.
– Мы должны идти, и если вы собираетесь пререкаться, лучше мне сделать это одному, потому что дело серьезное, и поймать нас не должны ни в коем случае, – серьезно сказал Шелдон, прошел в комнату, взял со стула мою кепку, подал мне.
Дориан выглянул в коридор, махнул рукой, давая понять, что все чисто, и мы вышли за ним. Мы шли тем же путем через залу с картинами, где я снова всматривалась в лицо Наури, спрашивая ее молча о секрете, с которым она ушла. Шелдон подсадил меня, подтолкнул к двери, что была выше пола, и я вновь оказалась в этом длинном и узком коридоре.
Когда мы вышли на улицу из незаметной двери в стене, густо заращённой плетущимися аж до крыши растениями, на улице уже было темно. Нас ждала та же самая карета.
Нас высадили чуть дальше леса, в который я, как и Дориан с друзьями, ушли, миновав забор Лилового замка. Дориан должен был один проверить – остался ли еще лаз. А потом пройти по саду, делая вид, что относит корзины, полные фруктов к кухне.
Он вернулся через час. Оба брата были одеты в обычную крестьянскую одежду – белые рубашки с темными жилетами и брюки, поверх которых до колен были натянуты гетры.
"Я указала им на черную, блестящую кожу обуви, на что Шелдон хмыкнул, потом подошел к небольшой луже, и намочил ботинки. Дориан последовал его примеру.
Миновав забор, я не могла надышаться этим таинственным сладким и таким желанным запахом спелых плодов. Здесь была теплая летняя ночь. Там, за забором, мы ехали в карете, укрывшись в пледы, что ожидали нас сейчас в лесу.