– Нет, нам нужно именно это место, – уверенно нажимая на дверь, ответила я. – Мы хотим, чтобы ремесленную лавку добавили в список участников в ярмарке.
– Что это за лавка? – заинтересовался мужчина, внимательно рассматривая утренних посетительниц. День был для него точно странным, и судя по его любопытству, что позволяло нам потянуть время, развлечений в его жизни было очень мало.
– Это ювелирная лавка мастера Брода на седьмой улице, – скромно прощебетала Перла, и я увидела, как интерес человека к нам начал угасать: плечи опустились, на лице появился легкий налет брезгливости, его жесты стали нахальными и грубыми.
– Эта лавка не подходит для участия в ярмарке, и уж точно уважаемый мистер Брод не может состоять в ремесленной палате, – выдавил из себя человек и попытался закрыть дверь, но я быстро подставила ногу в притвор и начала перешагивать порог.
– Как вы смеете, это вам не дешевая таверна, – закричал на нас мужчина, выталкивая меня на улицу.
– Что вы себе позволяете? Вы знаете, кто я? Вы знаете, что за такое обращение вас казнят, и вы даже не успеете понять из-за чего? – закричала я на всю улицу так, что начали останавливаться даже повозки.
– Чего это… Казнят… – заикал от неожиданности клерк, но напор сбавил, и я смогла чуть отстранить его, чтобы войти внутрь. За мной вошла Перла.
– Да, король лично решил перед выставкой проверить палату, чтобы оценить доступность услуги…
– Что? Что вы сказали? – мужчина явно не понимал, о чем это я говорю, но мои слова возымели нужный результат – он обмяк, покрылся испариной, и начал дрожащими руками быстро развязывать платок, что украшал его тонкую шею.
– Да, понимаете, я не должна вам ничего рассказывать, а лишь зафиксировать ваши противоправные действия…
– Какие действия?
– Противоправные, уважаемый. Король получает налог с продаж, и вы, как человек, что принимает решение об участии в ярмарке, должны понимать, что чем больше продаж, тем больше налога получит король.
– Да, конечно, знаю… – быстро моргал мужчина, и часто кивал головой, показывая нам на кресла, куда мы могли бы присесть.
– Тогда почему же вы не позволяете ремесленнику стать членом палаты? Потому что он зарабатывает меньше тех, что работают на первой улице? Так это вы не даете ему заработать.