Сумрак и сырость были здесь хозяевами."
"Мартиус улыбнулся, когда вспомнил, как она начала в первую очередь менять этот замок, отвлекаясь от учебы, не обращая внимания на правила и законы, утверждая, что, если что-то делает жизнь лучше, оно не может быть вредным. Когда столовую перенесли в отремонтированный по ее рисункам зал, все молчали, так как плюсы были видны невооруженным глазом. А затраты на новые шторы, расширение окон и прочее, легко компенсировались количеством свечей, которые, как оказалось, закупались в немыслимом количестве.
– Я даже не представляю, что начнется, когда они поймут, что ее магии хватит только на слабый ветерок, что не позволит кораблям наших врагов пристать к берегам, – начала Анастасия, когда Мартиус был еще метрах в пяти за ее спиной.
Она сидела в своей любимой беседке – эта часть была доступна только хозяину замка, но Мартиус был вхож во все комнаты замка кроме одной – ее спальни. Он променял бы все свои ключи на эту комнату, но говорить, да что там говорить, он даже намекать на это не смел.
– Думаю, ты уже продумала все ответы, но, легко не будет, ты знаешь. И в первую очередь, сложно будет с ней, ответил Мартиус, присаживаясь рядом. Они не смотрели друг на друга, они смотрели в одну точку – на небольшое озерцо, в котором круглый год плавали кувшинки, над которым кружили стрекозы.
– Как только она проснется, я все расскажу ей. В один вечер она узнает все. Дороги назад нет, и это должно помочь ей быстро принять случившееся. Мартиус, учеба будет долгой, и я надеюсь, не разочарую тебя, как моего учителя, если буду совершать ошибки? – она спрашивала его не как взрослая самостоятельная женщина, магисса целого королевства. А смотрела на него как девчонка, которая вдруг испугалась, но не хочет полностью признавать своей слабости.
Но глаза ее все же выдавали. Именно этого взгляда так ждал Мартиус все эти двести лет – ее первого, открытого, полного доверия и слабости, взгляда. Который был у нее до того ужасного случая, но он не терял надежды, что та девушка снова вернется.
Глава 4
Я открыла глаза, и мой сон оказался правдой – вокруг была та же комната с нежно-лиловыми стенами. Солнце было высоко, значит, уже середина дня.