А вот если на меня наткнутся те, кто не хочет, чтобы их увидели… Может, тут у кого-то свидание, а может, что и похуже – в любом случае, лучше бы меня никто здесь не увидел.
Осторожно, стараясь не слишком громко шуршать, спрятала книгу и лист под подушечку, потом обратилась, шмыгнула в щель между стеной и краем кушетки и затаилась под ней. Остаться наверху не решилась – да, обычно мне удаётся становиться невидимой, но вдруг какой-то сбой случится? Лучше не рисковать – невидимой на всякий случай тоже стану, но под кушеткой отсидеться надёжнее.
Я сидела, стараясь не очень громко дышать, и прислушивалась к шагам – судя по всему, этот второй обходил огромную библиотеку и заглядывал за шторы. Вот подошёл совсем близко, вот штора немного отъехала, и я увидела прямо перед своей мордочкой носок сапога. Обычного, какие носят горожане – добротного, но довольно поношенного. И не начищенного до зеркального блеска, как у господ.
Пара секунд – я затаила дыхание и на всякий случай зажмурилась, – потом движение воздуха, говорящее о том, что штору вновь задвинули, и шаги направились к соседнему окну.
Пронесло. Я осторожно выдохнула. Но расслабляться было рано, пусть сначала уйдут, а потом уже сама буду выбираться. Надеюсь, надолго они здесь не задержатся, и меня никто не успеет хватиться.
Глава 9. Успокоительное.
День девятый
Тот, кто проверял окна, закончил и вернулся ко второму. Судя по звуку шагов, тот тоже походил по библиотеке, позаглядывал за стеллажи и, конечно же, там тоже никого не обнаружил.
После эти двое о чём-то заговорили, но так тихо, что почти ничего разобрать я не смогла. Так, отдельные слова, сказанные на эмоциях чуть громче, например, пару раз прозвучало «идиот», причём второй раз: «он идиот», то есть, говорилось о ком-то третьем. Впрочем, первый раз могло прилететь одному из собеседников.
Я расслышала – или скорее угадала, – ещё с пяток слов, но общего смысла так и не поняла. Лишь по интонации догадалась, что первый на что-то или кого-то сердится, а второй то соглашается, то оправдывается, но и это не точно.
В полумраке и став невидимой я могла легко пошпионить за этой парочкой, если бы не одно «но» – я находилась в залитом солнцем эркере, и если попытаюсь пробраться в затемнённую библиотеку, пусть даже и снизу ползком, то штора непременно качнётся, а даже крохотный лучик света может насторожить этих заговорщиков. Или жуликов. Но вряд ли влюблённых.