Потому что это не он, я сама себя нашла!
– Я здесь! – подала голос, спешно проглотив печенье и подскочив с софы. – Дед, я здесь!
– Дарлин! – выдохнул он изумленно.
Прихрамывая, ринулся мне навстречу, позабыв о своей трости и еще о том, что собирался отправить всю Тайную Канцелярию Астара во главе с лордом Мелгардом к демонам. И очень скоро я прижалась к его крепкой груди, вдохнув запах тревоги, перемешанный с легким привкусом дорогого табака – отец тоже курил трубку, когда волновался сверх меры.
– Слава, слава Все-Отцу! – выдохнул старый лорд.
Конраду это нисколько не понравилось, так как он планировал оставить меня под своим присмотром, и два дракона уставились друг на друга с крайне недовольным видом. Но выиграл дед, в очередной раз пригрозив лорду-канцлеру и сотрудникам Тайной Канцелярии демонами и пеклом.
И лорду-канцлеру пришлось уступить.
– Скоро встретимся, Дарлин! – заявил он, прощаясь. – Я извещу тебя, как только все закончится. – Быстро поцеловал меня под недовольное бурчание деда, затем заявил невозмутимо: – Ей нужно отдохнуть.
– Не беспокойся, – ответил тот все еще недовольным голосом. – Уж я-то смогу о ней позаботиться! А вот с тобой, Мелгард-младший, мы поговорим завтра утром. Надеюсь, ты явишься ко мне объясниться, какие отношения тебя связывают с моей внучкой, и что ты планируешь предпринять по этому поводу.
На это Конрад усмехнулся, заявив, что обязательно прибудет еще до завтрака, и разговор будет серьезным, как и наши с ним отношения. После этого я отправилась за дедом через длинные переходы мрачного здания Тайной Канцелярии к карете с нахохлившимся коршуном на боку.
Потом была поездка в особняк на улице Драконьей Победы в сопровождении охраны, приставленной к нам лордом-канцлером. Королевские гвардейцы собиралась нести дежурство вокруг дома деда так долго, пока все не закончится.
По дороге я детально рассказала деду обо всем, что со мной произошло в логове заговорщиков. А потом взяла и выложила и о бегах в катакомбах, и о Честере, и о Мушке. Не выдержав, призналась в том, что завтра нужно заплатить за стипендию Исабель, и я в полнейшей растерянности. Потому что мы с Гроером должны участвовать в Больших Гонках, но все сорвалось.