Повсюду начались бунты, которые и возглавили несмайры.
Мама тоже хотела присоединиться к повстанцам, но родители заставили ее бежать из города в скалы, где она присматривала за спрятанными детьми из Крушовиц. Именно там их обнаружил отец с королевским отрядом, отправленным на поиски.
К моменту, когда они вернулись в ее родной городок, все уже закончилось. Ее родители были мертвы, дом сгорел. У нее не осталось никого и ничего, кроме дракона, который полюбил ее настолько, что перебрался жить в Кайер-Дум, наплевав на недовольство своего отца, лишившего его титула и наследства.
До этого мне не были известны имена.
Теперь же выходило, что именно лорд Мелгард-старший привел правительственные войска, а потом без суда и следствия казнил всех защищавших свою жизнь, вернув их дурную кровь родной земле.
И я шла, не чувствуя ног. Ощущала лишь, как текут по лицу слезы и, срываясь, падают на дорожку, а еще немного на фалды моей ученической мантии. Свежий воздух нисколько не помог, мне все так же было плохо.
Очень и очень плохо.
…Честера я нашла в конюшне и, всхлипывая, кинулась своему кайеру на шею. Растерянный, ящер сочувственно вздыхал, тыкаясь мне головой в плечо, все норовя облизать заплаканное лицо. Иногда рыкал вопросительно, поглядывая в сторону распахнутых дверей, словно предлагал развеяться на беговом круге.
И вот тогда уж точно все пройдет, все беды и печали.
– Чуть позже, – всхлипнув последний раз, пообещала ему. – Все, смотри, больше никаких слез, и скоро я смогу вернуться в Академию.
Я протянула руку в соседний денник, и вельд преданно уткнулся зеленоватой головой на длиннющей шее в мою ладонь, вызвав ревнивое сопение у Честера.
– Вижу, вы неплохо проводите время! – раздался знакомый насмешливый голос.
Обернулась – в проходе стоял улыбающийся капитан команды наездников.
– Я тоже смотрю, что ты неплохо занимаешься Теоретической Магией у магистра Хорста, – усмехнулась я в ответ.