Я, наконец, нашла тихую улочку и облегченно вздохнула, увидев припаркованную около дома знакомую машину.
Отлично! Он у себя.
Не чувствуя ног, взлетела по ступенькам крыльца и позвонила.
– Да? – раздавшийся через домофон голос Демида заставил сердце затрепетать, хотя в тоне мужчины слышались не то злость, не то недовольство.
– Это Александра, – проговорила и прикусила губу.
Дверь автоматически открылась, и я проследовала к лифту. Шагать на пятнадцатый пешком не хотелось, но если бы потребовалось…
– Какого черта ты здесь делаешь? – обрушил на меня свой гнев Гадаров, стоило створкам лифта раскрыться, а мне сделать шаг на площадку.
На какое-то мгновение потеряла дар речи. Но не от очередной грубости мужчины, а от облегчения, что он оказался жив и здоров."
"– Я только хотела убедиться, что с тобой все в порядке, – озвучила цель прибытия, стараясь не пасовать под прожигающим холодом серых глаз. – Я звонила сюда на домашний телефон, но никто не ответил, потом отправила сообщение на сотовый, и от тебя вновь тишина.
– Дьявол! Александра, ты совсем с ума сошла? – Демид, не церемонясь, сжал мою руку повыше локтя и втащил в квартиру. Захлопнув дверь, он притиснул меня к ней и схватил за плечи. – Я велел тебе оставаться дома!
– Но…
Удар открытой ладонью по стене быстро заставил умолкнуть. Гадаров пребывал в бешенстве, и с каждой минутой сдерживал себя все хуже.
– Я приказывал Артему следить за тобой! – рыкнул, сверкая глазами.
– Он этим и занимался.
Лишь обхватила плечи руками и заставила себя улыбнуться. Не открыто, не приветливо, а сдержанно, давая понять, что, наконец, приняла его линию поведения.
– А ты решила поискать приключений на свою красивую задницу! – взорвался Демид.
Меня обдало холодом. Резко участился пульс, а в висках застучало.
Становилось обидно. Но я упрямо напомнила себе, что для обиды нет повода. Никакого. Никто из нас двоих друг другу ничего не обещал. Претензии неуместны.
– Я беспокоилась о тебе, – постаралась объяснить мягко. – Ни о каких приключениях совершенно не думала. Просто увидела статью про угрозы и испугалась, что кто-нибудь может устроить у тебя дома засаду.
– Я же просил брата не говорить тебе ничего, – огрызнулся он, в гневе прижимая меня сильнее к двери.