– Наше с ней соглашение вряд ли можно назвать обычным, – Демид подошел вплотную, удерживая своим стальным взглядом мой. – Сашка, перестань притворяться, что ты меня боишься. Мы оба знаем, что это не так. Тебя пугают собственные чувства."
"Распахнула рот, чтобы немедля опровергнуть его слова. А уж потом подумать, что он совершенно прав. Но Гадаров сделал хитрый ход: обнял за талии и склонился ко мне.
И когда я уже думала, что за этим последует поцелуй, он, как ни в чем не бывало, оглядел комнату и выдал:
– А знаешь, может быть, тебе действительно здесь будет лучше.
– Почему? – предупреждение прозвучало настолько серьезно, что ко мне моментально вернулись прежние страхи.
– Я хочу, чтобы ты была в безопасности, принцесса. И при этом не имею в виду твоего влюбчивого начальника. Он, конечно, выводит меня из себя, но это временный раздражитель.
– Временный?
– Угу. И всё же держи его на расстоянии.
– Хватит! Тебя это не касается... – вновь начала закипать, но Демид качнулся вперед и припечатал мои губы поцелуем. Как раз в тот момент, когда я меньше всего этого ожидала.
– Меня все касается, и ты это знаешь, – прошептал он на ухо, заставляя мурашки табуном носиться вдоль позвоночника. – Может, для Тёмы ты и свет его очей, но от меня тебе никуда не деться.
***
На следующее утро я пришла на работу в подвешенном состоянии.
От встречи с Демидом где-то в глубине души остался непонятный до конца трепет.
Но «всегда» – слишком растяжимое понятие, особенно если учитывать, что он принадлежит не мне, а другой.
Трепет же вызывали его последние слова: «От меня тебе никуда не деться».
Сказанные тихим голосом, они, тем не менее, таили в себе такую убежденность и силу, что не вызывало сомнений: в моей жизни Демид надолго останется всё тем же бесплотным призраком.
В очередной раз я чувствовала себя несчастной и ничего не могла с этим поделать.
Рублев появился на рабочем месте только после обеда и сразу вызвал к себе.