– Добрый день, Нил Андреевич, – я приветствую босса, когда он заходит в гостиную.
Он кивает мне и бегло оглядывает комнату.
– Гости скоро будут. Мы движемся строго по графику.
Так же надо с ним общаться?
Надо использовать побольше слов, которые точно придутся ему по вкусу.
График.
Схема.
План.
Босс никак не комментирует убранство комнаты, которым я горжусь. Я сделала невозможное и практически вывернулась наизнанку, чтобы выполнить все его требования. Но я заслуживаю его прямого взгляда, он концентрирует свое внимание на мне и спрашивает:
– Вы решили проблему с камином в гостевой спальне?
У меня округляются глаза.
А с губ слетает пораженный выдох.
Он сейчас серьезно?
– Еще нет. Вы сказали, это ждет до выходных.
– Но сегодня будут гости, спальня может понадобиться. Вы могли подумать об этом."
"В его зеленых глазах можно утонуть. Или нет, легче порезаться о льды, которыми они скованы. Промерзли насквозь, до самого дна. Я смотрю на его волевое лицо и думаю о том, что оно идеально подошло бы для рекламных афиш курса «Как потерять вкус к жизни.
Аверин уходит, чтобы переодеться. Меня же вскоре отвлекают гости. Я приветствую мужчин и женщин, имена которых успела выучить наизусть. Так проходит минут двадцать, и я начинаю беспокоиться. Я собираюсь с духом и все же иду искать своего босса.
– Нил Андреевич? – Я стучу в дверь спальни, но она неожиданно с легкостью поддается.
Ох, пожалею же.
Сейчас нарвусь на Мистера Любезность, да так, что буду плакать в том же кабинете, что и Оксана.
– Господин Аверин, – добавляю более официально и перешагиваю через порог. – Гости ждут…
Странная деталь сразу привлекает мое внимание. Я вижу, что босс бросил черный пиджак прямо на пол. Кощунство какое! В его квартире за такое сразу сжигают на костре, разве нет? Я поднимаю пиджак и иду к гардеробной.
– Простите, Нил Андреевич. Вас все потеряли.
Я, как идиотка, разговариваю с приоткрытой дверью.
– Алексан… Алекс, – произносит Аверин сдавленно. – Войдите.
Глава 6
Мне не нравится его голос.
Я трогаю дверь и аккуратно вхожу внутрь. Аверин стоит ко мне спиной. Его широкие ладони лежат на высоком комоде, который помогает ему держать равновесие. Он буквально склонился над ним, а на лице болезненная судорога.
– Нил Андреевич, – выдыхаю и подскакиваю к нему, хотя толком не знаю, чем помочь.