Его руки и губы везде. Он не просто ласкает — боготворит. Не пропускает ни один кусочек тела, одаривая щедро теплом и страстным дыханием. Костер разгорается сильнее, и страсть испепеляет наши тела. Мы сливаемся в одно целое, спаиваемся не только телами — душами. Это больно и сладко. Это опасно, потому что потерять потом кусок души страшно. Но изменить этого уже никто из нас не в силах.
Глава 28
Просыпаюсь, потягиваюсь, протягиваю руку, чтобы нащупать мою голую сонную красавицу и… натыкаюсь на пустоту. Марины нет в постели.
Бегу к озеру. Не дойдя до воды с десяток метров, замираю. Мариша сидит на камне у воды, откинув голову и подставив обнаженное тело солнцу. Меня не видит, а я не тороплюсь обнаруживать себя. Впитываю ее образ. Она сейчас кажется спокойной и расслабленной. Надеюсь, так и есть.
Вчера была тяжелая ночь, сложный разговор выбил нас из сил, но я рад, что мы поговорили.
Оно дерет в клочья, вызывает желание вырвать волосы от бессилия, но это не может изменить того, что уже случилось. Поэтому я, как мог, пытался вытащить себя из пучины слепой ярости, которая поднималась изнутри на этих тварей, что сломали нашу с Мариной судьбу.
"Не могу оторвать взгляд от моей девочки. Ее безупречное тело, так бесстыже подставленное солнцу и моему взгляду, вызывает непреодолимое желание. Не хочу тревожить ее.
Вдруг Мариша поднимается сама, встает на край каменной глыбы и ныряет в воду.
Хотел этого еще вчера, но не стал рисковать. А сегодня не могу удержаться. Знаю, что она давно заметила меня, это лишний раз доказывает лукавый зовущий взгляд, брошенный через плечо. Подхожу к ней со спины, прижимаю к себе.