Вон, видишь, Леранский собор? Он считается главным в Ветерии, и жительницы Риды любят останавливаться у его стен для молитвы. По крайней мере, эту версию они озвучивают своим мужьям».
Бруно многозначительно сверкнул глазами, а я усмехнулась и посмотрела на виднеющийся впереди собор. Его огромный круглый купол словно парил над городом, сияя в солнечных лучах, а мощные мраморные колонны даже издали казались внушительными.
— Ну, чего застыла? — поторопил меня Бруно. — Идем!
Никколо остался ждать, а мы с нетопырем свернули на усаженную цветущими деревьями аллею.
— Чего тормозишь? — поторопил меня Бруно, больно впившись острыми коготками в плечо.
— Не командуй, — шикнула я на своенравного зверька, но послушалась его и вклинилась в ряды прогуливающихся дам.
— Какая женщина! Просто полнолуние, а не женщина! — присвистнул Бруно, и я увидела тучную светловолосую ньору в необъятном платье, плывущую прямо на нас. Рядом с ней шла худенькая девочка с бледным печальным лицом. — Клянусь небесами, она будет моей!
Я только хмыкнула. Кто бы мог подумать, что Бруно так падок на толстушек?
— Богиня! — не унимался мелкий паршивец. — Настоящая богиня!
Не знаю, что он нашел в корпулентной дамочке, но сама я загляделась на необычное платье идущей перед нами девушки.
— А-а! Помогите!
Громкий визг заставил меня отвлечься от ухищрений столичной моды и оглядеться.
— Уберите от меня это отродье! Помогите! — верещала тучная ньора, а ее маленькая спутница застыла на месте, испуганно разглядывая рассевшегося на мощной груди толстушки нетопыря.
Святая Лючия! Бруно. Как он там оказался?
Я пристально посмотрела на любвеобильного нетопыря, взглядом призывая его одуматься, но мелкий паршивец сделал вид, что не понимает.
— Да уберите же это дьявольское отродье! — вопила ньора.
— Это вы обо мне? — деловито уточнил Бруно, наглаживая выступающие выпуклости.