По телу разливался огонь, он испепелял любые разумные доводы и мысли, сжигал сдержанность, побеждал страхи и опасения. Тьма призрачной маски больше не казалась холодной. Она растворилась до тонкой дымки. Поцелуй вышел напористым, страстным и таким, словно мы с Абьери когда-то давно любили друг друга больше жизни, а сейчас наконец-то встретились после долгой разлуки, нашлись, вспомнили то, что забыли.
Это был не просто поцелуй. Это был воздух, без которого не выжить. Это была кровь, бегущая по венам. Это были удары сердца.
— На каком языке ты говорила?
Негромкий вопрос заставил меня вздрогнуть и отпрянуть от герцога.
— Алессия?
Абьери смотрел пристально, в его взгляде не было ни малейшего отголоска недавней страсти, один только расчет и подозрение.
— Отвечай.
Герцог нахмурился, и чернота заполнила большую часть его лица. И когда я уже запомню, что от мужчин одни проблемы?
— Я не понимаю…
— Не смей мне лгать.
Абьери легко, словно и не лежал тут недавно без чувств, поднялся и дернул меня за руку, притягивая к себе вплотную.
— Ну? Говори! Кто тебя послал?
Синие глаза холодны. Очень холодны. В них нет места любви. И от этого становится не по себе.
— Никто.
Я вскинула голову, не желая показывать свою боль. Ни прошлую, ни настоящую.
— Это Сарелли? Джетто? Кому ты служишь? — не унимался герцог, и я не выдержала.
— Есть только один человек, которому я служу, — выделив голосом последнее слово, посмотрела на Абьери. — Это вы, ньор герцог. Но если вас что-то не устраивает…
Я не договорила, с вызовом уставившись в ледяную синь.
Абьери молчал. Он не отрывал от меня взгляда, и в его глазах постепенно загорался огонь.
— Как ты сюда вошла? — спустя долгое время, хрипло спросил герцог.
— Гумер привел.
Я отступила на шаг, стараясь избавиться от бурлящих внутри эмоций."
"— Вот как? — Абьери мельком посмотрел на пса и снова вернулся ко мне. — А до этого?
— Я вытирала пыль, а розы поползли и открыли дверь. Я подумала, что тут тоже нужно убрать.
Я сказала правду, утаила лишь часть про обыск и про тщетные попытки найти портал.