здесь огнестрел!"
"Охранник попытался шагнуть в спальню, но Руслан рявкнул:
– Не суйся! Вызывай скорую, я сказал!
В Антона стреляли в момент, когда он занимался сексом. Не самая плохая смерть, если подумать, но это если бы действительно убили! Мертвым, говорят, всё равно. А вот как быть живым? Особенно, когда ты любитель нестандартного секса. О том, что Тоха как раз из таких любителей даже лучший друг не знал.
""Тоха всегда любил рыжих"" – почему-то промелькнула шальная мысль. Друг был голым, на женщине же из одежды были чулки, туфли и рыжий парик.
Судя по тому, что друг лежал на животе, как и этО рыжее создание, скатившись чуть в бок, а эта.. этот… этО… да какая к чертям разница, как правильно, лежалО под ним, то становится понятно, чем и как именно они занимались.
""Хорошо, хоть Тоха эту рыжую имел, а не она его!"" – промелькнула у Руслана мысль в тот момент.
Рыжую убили в упор выстрелом в висок. Её мозги и кровь была повсюду в спальне. Антону стреляли в грудь.
Даже повидавшие многое и, казалось бы, привыкшие ко всему за долгие годы своей службы, опера, хмыкали, когда проходили в спальню.
Антона Пашкова, как и самого Руслана Никитина, в городе знали.
Руслан оценил деликатность полицейских. Вслух выразился только один эксперт, пожилой и тучный дядька. Да и он сказал только одно слово:
– Неожиданно! – и полез в карман за перчатками.
Это было совсем не то слово, которое хотелось сказать Руслану, когда он обнаружил друга в таком виде. Они столько лет знали друг друга, через многое прошли, а тут это…
Они столько раз вместе были в сауне и вдвоем, и в компании нужных людей, и с девицами разных мастей и даже цвета кожи, был у них один такой инвестор, любитель экзотики.
– Эх, Антоха, Антоха!
Никогда, ни при каких обстоятельствах, даже в сильном алкогольном опьянении, Тоха не выдал себя. Он точно так же, как все мужики, развлекался с девками в сауне, вот разве что, чаще предпочитал, чтобы девки ему минет делали, почему то вдруг всплыла одна из особенностей друга. Видимо, вот как раз поэтому же.