Насколько я понимаю, соревнования продолжаются, и ваша помощь может понадобиться. Не дай бог, конечно. И пожалуйста, больше не допускайте таких ошибок. На первый раз мы с товарищем капитаном, — я кивнул на Боширова, с непроницаемым видом стоявшего рядом, — вас простим, но в следующий раз на нашем месте могут оказаться те, кто не простит. Всё, идите, с Кристиной я сам разберусь.
Врач явно хотел ещё что-то сказать, но, встретившись со мной взглядом, передумал, развернулся и ушёл.
— Теперь вы, — обратился я к тренеру.
— Ничего, — сказал тренер, — понимаю.
Чем-то он напомнил мне нашего физрука в Кушке Виктора Леонидовича Носатого — такой же худой, жилистый, подтянутый. С длинным носом и серыми, чуть навыкате, глазами. Только моложе, что-то около тридцати пяти.
— Смирновский, — представился он. — Сергей Олегович.
— Тёзки, значит, — сказал я, пожимая его твёрдую, словно доска, сильную руку. — Я — Сергей.
— Спасибо тебе, — сказал тренер. — Ничего, что я на «ты»?
— Нормально, — ответил я. — Скажите, Сергей Олегович, такое часто на соревнованиях происходит?
— На моей памяти второй раз, — покачал головой тренер. — Около года назад на первенстве России точно так же обломок шпаги пробил ключицу одному спортсмену.
— Надо с этим что-то делать. Сталь менять, из которой оружие изготавливается, маски защитные усиливать как-то. Не то в один прекрасный момент дело плохо закончится.
По глазам тренера я видел, что перспектива ему совсем не нравится.
— Надо, — ответил он. — Полностью с тобой согласен. Но — что именно?
— Пишите обоснование, — сказал я. — Изложите то, что видели, приведите случаи, когда оружие ломалось и наносило травмы. Или даже просто ломалось. Опросите коллег, наверняка они тоже смогут вспомнить. Обоснование, примеры, вывод.
"— Хорошо, — сказал мой тёзка и понизил голос. — Слушай, я не товарищ доктор, скажи по секрету — ты кто?
— Как-нибудь узнаешь, обещаю, — улыбнулся я и позволил себе потрепать тренера по плечу. — Что до Кристины, то, думаю, очень скоро она будет в полном порядке.
Кристина мне понравилась сразу.