— только когда я повесил куртку, обернулась она, и по этому «привет», я понял, — супруга сильно не в духе.
— Чего это ты удумала посудой заняться?
Сдув спадающие со лба волосы, она локтем поправила причёску, и недовольно фыркнула,
— Ты представляешь, — ни одной тарелки в доме!
— А это откуда? — я не особенно помнил внешний вид нашей посуды, поэтому всё-таки уточнил.
— С чердака достали. Ещё дедовские.
Аня как-то рассказывала что когда умерла её бабушка, дед собрал всё что было, и оставив себе один комплект, убрал остальное наверх.
— Ты хорошо смотрела? — на всякий случай уточнил я, хотя догадывался каким будет ответ. Становилось всё очевиднее что кто-то хорошенько покопался в нашем хозяйстве. От этих мыслей меня даже передернуло. Б-рр...
— Хорошо. — ответила супруга. — Я не нашла мясорубки, пропали все гаджеты, инструмент, фляги, нет ни одного ведра.
Мда. А с виду так всё чистенько.
— Не переживай, скажу Василичу, подберем пока самое необходимое, а там разберёмся дальше. — постарался я как-то успокоить её.
Но Аня не успокоилась.
— А что твой Василич сделает? Найдёт мои вещи?
— Нет наверное, выдаст что-нибудь из фонда. Я не думаю что с мясорубкой, или ведрами проблемы будут.
— Ага, держи карман шире. — усмехнулась Аня, — они не то что фонд, они даже оружейку по домам растащили, на постах вон, через раз дежурят.
— Не понял. — опешил я. — А откуда у тебя такая информация?
— Валя забегала. — коротко ответила супруга, одним этим именем, сразу отбрасывая все мои сомнения. За годы прожитые в колхозе, я чётко знал, что этой женщине можно верить. Она знала всё и про всех, и почти стопроцентно предсказывала погоду. Как в краткосрочной перспективе, так в целом на сезон. Не знаю как у неё это получалось, но она реально никогда не ошибалась.
— А что ещё говорит Валентина? — осторожно поинтересовался я.
Аня пожала плечами, и положив тарелку обратно в таз, выпрямилась.
— Много чего, но самое главное что у нас снова капитализм. Тебе Василич не рассказал что-ли?
Он порывался пару раз «обсудить текущее положение», но как-то не особо настаивал, поэтому я и подумал что это не так важно. А оно вон как печально получается.
— А поконкретнее? — попросил я.