Чужих детей не бывает

В специальных углублениях лежали три кругляша из полупрозрачного кварца с выгравированными рунами. Артефакты, это очевидно. Но для чего? Я рассматривала выразительные символы и любовалась удивительным мастерством артефактора."

"Вот эта комбинация рун гласит «долгая память», еще одна распознаётся как «чистота эфира», эта — «ясная мысль», а эта… Картинка сложилась словно пазл, это уникальный записывающий артефакт! Я пришла в восторг от изящества идеи и исполнения. Исключительные свойства артефакта, за счет переплетения ментальной и начертательной магии, позволяли ему извлекать из памяти человека и записывать мелодии, если он когда-либо их слышал.

А для воспроизведения надо вложить камень с записью в выемку с символами на откинутой крышке шкатулки. Я понимала, как это работает! Эмилия была очень образованной дамой! Эти артефакты — высший пилотаж. Меня лихорадило от возбуждения, какая-то догадка тревожила все сильнее.

— Что у вас тут такое происходит? — на пороге комнаты появился взволнованный брат.

 — Твои эмоции скачут как зайцы.

Вот оно! Флин — ключ к идее, которая никак не хотела формироваться. Ласковое прикосновение мужчины к моему плечу принесло спокойствие, помогло сосредоточиться и, наконец, поймать ускользающую мысль за хвост.

— Поможешь? — указываю на красивую шкатулку, зная, что не сформулированная задача уже известна Флину. Преимущества усиливающейся эхо-связи, так что мы друг друга поняли.

Я уселась на стул и расслабилась, девочки вместе с Беатрис мигом притихли, понимая, что происходит что-то неординарное.

Вставший за моей спиной Флин обхватил ладонями мою голову, с целью вытащить из памяти и прокрутить музыкальное произведение у меня в голове, чтобы записать его на артефакт.

Итак, у меня три камня, а значит и три возможные мелодии. Что я хочу донести до чуждого мне народа? То, что мы просто живем, с печалями, весельем и светом в душе. Три мелодии, которые всегда жили в моем сердце и всегда царапали душу.

Очнулась я оттого, что кто-то вытирал мне слезы. Одинокий пастух Джеймса Ласта всегда заставляет меня плакать от чувства щемящей грусти.

— Ну что, проверяем? — спросила я хрипло, быстро вытирая влагу со щек.

— Пробуем. Начни с последнего камня, там такая мелодия… Давай-ка, лучше я сам, не трясись. — Брат привычно держал себя в руках, но я чувствовала, что он тоже растревожен волшебной музыкой, пусть ее и сотворил самый обычный человек.