— Не, что там есть, говорю же, маленькая. Влас сказал, что нам всем несказанно повезло, что змея одна. Ближе к осени они в клубки собираются. А еще она очень для зельеваров ценная. И яд, и шкура. Вроде как стоит бас-нос-лов-но, — рассказчик, по голосу Эд, по слогам произносит трудное слово, — это вроде как очень дорого. Радужный аспид называется.
— А она что, ядовитая?
— А то, — самодовольный голос рассказчика так и растекается маслом, — чуть в царапину попадет и сутки помирать будешь, а если кусьманет, то через пять минут замрешь, как бревно, дышать не сможешь и каюк.
— А что потом со змеей-то стало?"
"— Да ничего, леший отобрал. Сказал, мол, нечего живое губить, раз проку с него взять не можете. А почему? Да потому, что яд сцедить не во что. Нужна какая-то банка стеклянная с плотной крышкой, и шкуру если сразу снять, то сушить надо как-то по особому, а если не сразу, то все равно стухнет.
— Вот бы нам, как Трой, научится. Мы бы змей-то мешками зельеварам таскали.
— А Трой нас научил, на простых змеях.
Возбужденный гвалт голосов выражал согласие бежать на болото прямо сейчас. Я стояла ни жива, не мертва.
— Прибью паршивцев! — прошипела не хуже змеи. Детей удумали учить на змей охотиться? Умеют? Посмотрим как они справятся с анакондой в моём лице!
В коридоре показался Ричард.
— Твой страх учуял, — шепнул Флин, — это он вовремя подошел.
Да, я тоже знала, что вовремя. Ну я сейчас устрою ему выволочку! Отпустила детей, называется в поход!
— Стой здесь, мы сами разберемся с парнями, — поломал все мои планы Флин.
Коротко пересказав медведю суть ситуации и весь спектр испытываемых мною эмоций, Флин шагнул в комнату. Мне было не видно, но испуганный всеобщий вздох не оставил места воображению.