Хоть и нехотя, но он всё же приблизился ко мне. — Ты ведь помнишь наш уговор? Твоё время, со всеми натяжками, вышло вчера. Что будем делать? Я полагала, ты хочешь остаться с нами.
— Я хотел вчера сказать, после ужина, но все побежали пробовать качели и я не успел. А кому признаваться-то?
Что ж, пожалуй Коллин по-своему прав. Если быть объективной, то признаться он мог только во время еды, а за это я бы его не поблагодарила. Еще не хватало, аппетит всем портить. Значит, опять мой косяк, условия поставила, а как их выполнить — не продумала.
Имею ли я право судить парня и ломать ему жизнь? Однозначное нет! Флин тоже хорош, не напомнил! В ответ на мой эмоциональный всплеск по эхо связи пришло строгое «сама». Ну сама, так сама.
— Хорошо, Коллин, — прервала я затянувшуюся паузу, — я тебя услышала. Справедливости ради, я даю тебе срок до завтрашнего отбоя.
— Понял. Я сам расскажу.
— Значит, договорились, продолжай дежурить и проследи, пожалуйста, чтобы девочки тяжести не таскали.
Раз уж я около кухни, неплохо бы запить стресс кофейком. В очередной раз порадовалась окрепшей эхо связи, очень удобно приглашать брата на встречу. Не нужно его искать в этом огромном доме, не нужно кричать. От кофе он не откажется. От Флина пришло радостное согласие, они с Ричардом сейчас подойдут. Значит, три чашки.
Пользуясь теплой погодой, мы устроились с чашками ароматного напитка на лавочках, что были расположены на заднем дворе, где помощницы Василы обычно чистили овощи. На кухне и так теснотища, мешать не хотелось, да и лишние уши тоже ни к чему. Не знаю почему, но я поймала себя на том, что любовалась, как мужчины наслаждаются напитком.
Первым очарование момента нарушил Флин:
— Лиз, тебе пора вплотную заняться деревом Грух.