В сумерках они двумя тенями прошли по двору, приблизились к крыльцу.
Горченко предложил:"
"– Вот что, я первый пойду. Вдруг у нее там в подполе не только листовки, а власовцы сидят? Ты прикрывай.
– А как внутрь попадем? – Алексей едва успел спросить, как Владимир в два шага поднялся на крыльцо и толкнул дверь. Но та оказалась заперта на прочный засов.
– Сейчас ногой выбью, – решил лейтетант Горченко.
Но Алексей остановил его:
– Не надо, пока ломать будем, вдруг сбежит? Сейчас темно, уйдет огородами.
Он принес стружки, которые валялись после их дневной работы, рассыпал их на подоконнике и чиркнул спичкой. Небольшое пламя мгновенно занялось, отразившись в окнах багровыми языками.
– Пожар, пожар! Открывайте, дом горит! – со всей силы застучал он в двери.
Изнутри что-то упало, потом старуха зашаркала ногами.
– Где горит? Ох ты ж, пожар!
Пожилая женщина кинулась было к подоконнику, где тлели стружки, но Владимир удержал ее за плечо.
Младший лейтенант Савельев одним движением скинул угольки вниз и затоптал их:
– Гражданка, пройдемте внутрь. Народный комитет обороны, оперуполномоченный отделения СМЕРШ Савельев.
Авдеиха закрутилась словно уж:
– Чего это, какой такой оперуполномоченный? Вы что это, ребятки, над старухой пошутковать вздумали? Обиделись, что картошки не дала? Так берите, берите, я достану сейчас.
Алексей подтолкнул ее к большой комнате, там приказал:
– Ну что стоишь, давай собирай котомку. Повезем тебя.
– Куда, зачем? – Авдеиха жалась к печке.
– Ну как куда, к Гитлеру… Ты к нему же служить собиралась и других агитировала. Так что поедешь, как и хотела, прямиком к фашистам, – Савельев оттеснил старуху к печке, чтобы она не могла кинуться в дверь или окно.
Горченко осмотрел пол в большой комнате, потом обошел остальные. Из сеней раздался его радостный крик:
– Нашел! Свет нужен!
– Осторожно, не открывай один, – успел выкрикнуть Алексей.
Он подумал, что надо связать немецкую шпионку, чтобы не сбежала.