Муж промолчал, кусая нижнюю губу, что делал в высшей степени растерянности, затем кивнул. Подозреваю, на лице моем отразился один из предупредительных знаков, “Не влезай, убьет!” например, потому что он и в самом деле решил не влезать. А то ведь убью.
— Деда, пойдем домой, — попросила я. Не могу здесь оставаться! Сил нет бабкины гены сдерживать, которые норовят если уж не проклятьем кинуть, так хотя бы порчу навести, чтобы впредь неповадно было чужими вещами распоряжаться. Ну уж нет! Я домой хочу, на Эирианн, к деду.
— Пойдем, — согласился дед. И тон такой… Нехороший, одним словом. Кажется, не у меня одной гены разбушевались.
Мы вышли из квартиры, и дверь за нами сразу же захлопнулась. Шаг — тьма перехода — вздох… Открыла глаза. Мы находились в незнакомой комнате, обставленной мебелью из темного дерева. В распахнутые окна лилась вечерняя прохлада вперемешку с цветочным запахом из виднеющегося сада. Ой, и Райвен здесь! Устроился с книгой в удобном кресле, на пятнистой шкуре неизвестного зверя.
Глава 15
Наконец оно настало, это утро! Проворочавшись без сна всю ночь, я передумала миллион нужных и ненужных мыслей, перечитала заново три свитка по грамматике и добралась до глаголов-исключений, которые склонялись как Боги Эирианна на душу положат.
— Пора вставать, — дед тронул за плечо. Я открыла глаза и застонала, правда, мысленно, чтобы его не расстраивать.
— Не хочу, — сказала я. — Но пойду, обещала же.
Райвен, конечно, подождать с визитом к Прорицательнице не смог. Терпение не входило в список его любимых привычек, но заверил меня, что это лишь формальность.