Может это ошибка и мне всего лишь показалось?
Но зерно сомнения уже упало, и понемногу стало пробиваться в моём влюбленном сердце, превращаясь в маленький, но такой неприятный росток.
На следующий день, как обычно, из своего кабинета, я написал Асе, что встречу её из универа и буду ждать на том же месте. В ответ она написала – встречать не нужно, пары задержаться, она придёт позже.
Такому ответу я совсем был не рад. Да что такое?
Решил выяснить вопрос, пока всё не зашло слишком далеко. Не хотелось предполагать худшее, будто она ко мне охладела и всё такое.
А если действительно так? Если она только претворяется, чтобы выкачивать из меня деньги? Прикидывается скромной овечкой, а сама трахается с кем-то ещё?
Фу… аж пот прошиб.
Нет, такого быть не может… не может…
Она искренняя, и я верю в эту её искренность, если только она не хорошая актриса.
Кажется, у меня начало пульсировать давление и сердце забилось чаще, стало жарко, я потянул галстук. Налил стакан воды и выпил его залпом.
Но нужно всё-таки проверить.
В то время когда у них заканчиваются пары я стол за углом, точнее за деревом, стараясь ни выдать себя. Машину припарковал за пару кварталов, чтобы не спалиться. Вообщем докатился до того, что слежу за моей принцессой. И надеюсь, ничего криминального она против меня не творит.
Но если это измена… я не заною что сделаю. Даже предполагать не хочу.
Смотрю, выходит Ася с Янкой. Распрощались на крыльце, одна пошла в одну, другая в другую сторону. Я, конечно же, за Асей.
Смотрю, двигается в сторону общаг, я за ней. Она прошла по двору, к крыльцу, я туда же. Она вошла в общагу, я бегу чтобы успеть, чувствую спалюсь сейчас, со всеми потрохами, но иду.
Захожу в здание, сидит вахтерша, старая бабка. Я улыбнулся, своей самой обаятельной улыбкой, которая как я привык, всегда действовала на женщин обезоруживающе.
– Добрый день я к дочери, вот мой паспорт, – показывая, что никаких маньячих планов у меня нет, протянул паспорт.
Бабка так спокойненько посмотрела, в паспорт, даже без очков.
– Какая комната, фамилия? – прикрикнула так строго, что я даже удивился.
– Смирнова, – сказал я первое попавшееся, что на ум пришло.
– Хорошо, проходите, в девять на выход.