Молодежь могла найти себе занятие по своему вкусу, и Филлис поспешно потянула Розамунду в сад, не дожидаясь, когда Флора Уилтон предложит обществу очередное придуманное ею развлечение.
Когда девушки достигли центра розария, запыхавшаяся мисс Тиллард воскликнула, с трудом выговаривая слова:
— Филлис, прошу тебя, давай замедлим шаги! Я и без того измучена этой кошмарной поездкой, а ты заставляешь меня бежать куда-то, когда можно присесть вон там, на скамейке, и поговорить спокойно.
— Я не хочу, чтобы нас кто-нибудь услышал! — возразила мисс Найт, но вняла мольбам подруги и позволила Розамунде присесть на скамью.
— Боже, от этого аромата я, кажется, едва могу дышать, — пробормотала Розамунда. — Боюсь, у меня разболится голова!
— Кому, как не тебе, самое место среди роз, Розамунда? — безжалостно рассмеялась Филлис. — Если у тебя и в самом деле заболит голова, мы пройдем к ручью. Пока же давай побудем здесь. Садовники отошли далеко, они нас не услышат, а если кто-нибудь из дома захочет присоединиться к нам, мы заметим это и прекратим разговор раньше, чем Имоджин или Флора подслушают, о чем мы говорим.
— Что ж, уверена, у тебя есть основания для всего, что ты говоришь и делаешь, — Розамунда смирилась с судьбой и принялась аккуратно расправлять примявшиеся в экипаже складки светло-коричневого платья. — Поторопись же рассказать свою историю, я уже достаточно страдала от неведения.
Эту просьбу подруги Филлис исполнила весьма охотно. Розамунда слушала молча, сосредоточенно нахмурив бледный лоб.
— Позволь, я повторю все то, что ты мне сообщила, просто для того, чтобы понять, правильно ли я поняла тебя, — произнесла мисс Тиллард, когда Филлис умолкла.
Филлис кивнула и отвернулась, чтобы сорвать розовый бутон.
— Во-вторых, я должна помешать Имоджин и мистеру Барриту объясниться, для этого мне придется придумать что-то, способное отвлечь твою кузину от этого молодого джентльмена.
— Ты все прекрасно слышала, зачем повторять одно и то же? — Ни в чем не повинный бутон превратился в руках мисс Найт в стайку белых лепестков, опавших к ее ногам.
— Вполне может оказаться так, что я не разобралась в этом сплетении интриг, дорогая. Не стоит сердиться, я ведь приехала помочь тебе, — укоризненно заметила Розамунда и даже надула губки в притворной обиде.