Раскиданные в стороны хваталки и дрыгалки при любой возможности старались пролезть в металлический ажур основания перил или упереться в стену. На помощь другу пришёл старший из братьев Запашных,
Он подхватил спящую красавицу и только теперь разглядел, насколько она прекрасна. Слава с трудом сдержав вскрик поборол естественное желание организма испытавшего стресс — бросить на мягкий бетон чудо— юдо Наталью — мавра.
— Что это с ней? — задал он резонный вопрос жениху с дрожью в голосе.
— Перележала в солярии. — Выдал тот официальную версию.
— Посмертной? Вано, не крути мне яйца. Я сам регулярно им пользуюсь, но до сих пор не стал папуасом с синим уклоном.
— Ты ударился в голубое. — Не желая обидеть, огрызнулся Лев. — Славик, ты видишь, что и ногу она не подвернула. Не дави на больное, потом расскажу.
— Буду ждать, а то и мальчишник зажал и весь в тайнах каких-то.
Иванов тяжело вздохнул.
— Какое веселье, я весь на нервах. В двух словах не объяснишь. Когда-нибудь напишу сценарий нашего знакомства и сниму фильм.
Вячеслав улыбался, сложив всё, что случилось с другом за последнее время.
— Ника тебе обеспеченна.
— Золотой орёл тоже, если переживу первую неделю семейной жизни. — Рассмеялся совершенно счастливый Лев, успокаивая прежде всего себя. — Поверь, Наталья того стоит!
— Тебе виднее.
— Сейчас распишемся и снимем друг с друга все заклятья. — Убеждённо отвечал наследник фармацевтического бизнеса, уверовав за последний месяц не только в гадание на ромашках, крестный путь Христа на Голгофу, определение погоды по народным приметам, но и в магические проклятия.
— Вот это действительно дорогого стоит!
Они наконец-то добрались до врат Рай— Ада. Подёргивающий левым глазом счастливый жених огляделся в поисках украинки с живительным эликсиром. Лекарством, созданным не в лабораториях за миллиарды разворованных долларов, а на «коленке» из подручных средств, испытанным на миллионах любителей «для согрева» холодной страны.
— Не вздумайте что-то сказать о виде Натальи, или дать ей до росписи зеркало!
— Что ты, что ты. — Дружно сказали все, и только Агнесс таинственно промолчала.
Наталья категорически отказывалась вдыхать ватку с нашатырём. Она, не открывая глаз, отчаянно отбивалась, требуя от Проказника идти писать в другое место.