Гордая, независимая, вздёрнув голову на пару сантиметров больше обычного, значит, став выше, и улыбающаяся, чем привела в полное недоумение воинственно настроенную Нину.
— Подруга, что с тобой?
Пребывающая с утра в дурном настроении Наталья, несмотря на недовольство, умело держала «лицо»; сказывалось актёрское воспитание Нади и успешная преподавательская практика.
Что может раздражать разозлённого человека больше, чем счастливая, загадочная улыбка противника? За этой улыбкой могло скрываться всё что угодно: желание убить, ограбить, нагадить в ботинок, стать лидером, обнародовать скрытые факты, влюбить в себя…
Пирогова напряглась: «акула» припрятала в рукаве какой-то козырь, иначе к чему так безжалостно мучить губы? А это напрочь рушило планы… Нападение не могло стать блицкригом.
Планы на молниеносную и победоносную войну за обладание директором требовали корректировки.
«Мышка» же с деланным недоумением нагло свела брови в окопную линию, при этом продолжая холодно улыбаться:
— Как понять? — она крутанулась вокруг себя, покачнулась, но устояла благодаря ширине каблука.
Последний вопрос был задан биологичкой слишком громко, и Лев сразу же понял, кому тот адресован.
Жаль, что её говорливая подруга в этот раз не была в курсе «последних» событий.
— О чём ты? — Пирогова только сейчас заметила, во что одета Наташа, и, злорадно усмехнувшись, сделала акцент на нелепом наряде противницы: — Собралась вести класс в морг или запланировала посещение кладбища домашних животных?
Она поднялась из-за стола, несколько прогнув спину, выставляя на обозрение тонкую талию, переходящую в крутые бёдра, обтянутые узкой юбкой-карандашом, и высокомерно добавила:
— Одобряю, выглядишь на все сто, соответственно мероприятию.
Иванов с трудом сдержал ухмылку. Так вот что значили слова блондинки о войне.