Тогда была лишь разовая акция. Постоянным подавлением ничего не добьешься. Только множество болезней заработаешь. Тем более есть другие методы. Скажи, тебе очень сильно неприятны мои прикосновения?
— Ну, физически — я просто не чувствую ничего. Скорее больше морально. А так, какой-то ощутимой боли нет.
— Хорошо. До нашей первой близости тебе нравились мои прикосновения?
Я молчу. От этого разговора меня бросает то в жар, то в холод. Стыд и смущение мешают говорить. Может, стоит прекратить? Все равно у меня очень сильные сомнения, что это как-то поможет.
— Нет! — выпалила и приготовилась сбежать.
— Не стоит обманывать. Твою реакцию на приеме я прекрасно ощущал. И как раньше иногда смотрела на меня, тоже. В твоих глазах был интерес.
Хмыкнула.
— Зачем тогда спрашиваете?
— Я хотел, чтобы ты сама это сказала. По поводу твоей просьбы. Я не знаю, как решить данную проблему. Можем сходить к профессиональному психологу.
Отрицательно замотала головой.
— Нет, — сказано твердо.
Обсуждать с кем-то еще подобные проблемы я точно не стану, но дело не столько в этом.
— Миа, тогда, на мой взгляд, остается только пробовать привыкать к моим прикосновениям. Я действительно надеюсь, что твоя неприязнь со временем пройдет. Больше практики. И я постараюсь что-то еще придумать.
Сильно сомневаюсь, что предложенный Рикером метод поможет.
— Ладно, тогда идемте, — я была настроена очень решительно, хотя меня и тошнило от мысли о предстоящем. Ничего. Надо сжать покрепче кулаки и потерпеть. Вдруг и, правда, станет лучше.
— Куда? — Рикер удивленно-вопросительно вздернул брови. По виду, он не понял, чего я хочу.
— В спальню! — я несколько повысила голос из-за готового прорваться нервного напряжения. Вышло почти как приказ.
— Зачем?
— Что за дурацкий вопрос? — моя решительность быстро таяла из-за нелепости ситуации.
Рикер как-то подозрительно сильно закашлялся. Как мне показалось, он старательно пытался спрятать веселье. Я нахмурилась, не понимая. То он сам принудительно затаскивал к себе в спальню, и говорит, что надо больше пробовать и привыкать. Теперь же никуда не торопится. Что сейчас его насмешило? Мужская логика для меня не постижима.