Ты когда уезжаешь?
– Завтра днем, самолетом.
– Я провожу, а если тебя спросят, покажу этот документ.
– Хорошо. Ну, все, Рыжик, спокойной ночи, завтра я за тобой заеду.
Она его проводила.
Никто на таможне не спросил у Ильи про картины. Загоняя назад рвущиеся слезы, Юлька помахала ему рукой.
Она откинула плед и встала с кровати. Где же Кирилла черти носят? И именно сегодня! И словно те, кто где-то носил Кирилла, услышали ее вопрос, – зазвонил телефон.
– Юлик! Привет, – услышала она Кирилла.
– Понятно, – вздохнула Юлька. – Я ужин приготовила.
– У нас тоска? – спросил он, меняя тон с веселого на озабоченный.
– Что-то вроде того. Вечер воспоминаний.
– В одиночку?
– Увы!
– Не перестарайся! С этим делом надо быть аккуратным, а то можно в такие дебри зарулить, что под утро решишь, что жизнь дала трещину и ты сплошная «бяка», и ну его на…
– Буду осторожной, – пообещала Юлька.
– Может, Кару пригласишь, раз впала в такое настроение? Посидите, хлопнете чего-нибудь?
– Нет, мне надо одной.
– Прийти? – она услышала испуг в его голосе.
– Да ничего страшного! Что ты испугался?
– Ну, смотри. А твой ужин я съем за завтраком.
– За поздним? – уточнила Юлька.
– Ага! Ты там не страдай, поругаю! – предупредил он ее, как ребенка.
– А ты береги себя, – ответила она.
– Обязательно! – пообещал Кирилл. – Нежно целую в рыжую макушку и белый носик! До завтра!
– Пока."
"Значит, Кирилл не придет домой, как случалось частенько, следовательно, не будет повода для прекращения фильма под названием: «Не любите, девки, старых – выбирайте молодых!»
Через день после того, как Адорин улетел, Юлька обедала в том ресторанчике, где они были с Ильей по «индивидуальному», так сказать, проекту.
– Мужчина, с которым вы были у нас, оплатил пять ваших обедов вперед.
Юлька даже рот открыла от удивления. Ну и Илья, как он лихо, по-гусарски! А?
– Он вас очень любит, – сделал свой вывод хозяин ресторана.
«Ага! – язвительно подумала Юлька. – Любит, маленькую сестричку, доченьку друзей!»
Когда до отъезда из Праги оставался месяц, Юлька считала дни, часы, так она соскучилась и рвалась домой, в Москву, к родителям, друзьям, бабушкам-дедушкам и, конечно, к Илье! О-хо-хо!
Она приехала и закрутилась в радостных встречах, отмечаниях, рассказах, поисках работы.