– Мне это не нравится! – ответил папа. – Ужасно не нравится!
– Игорь, – тихо и очень серьезно спросила мама, – тебе ведь необходимо заниматься своим делом, ты ведь действительно без этого жить не сможешь?
– Да, Маринка, не смогу, – вздохнул папа.
– Значит, тема закрыта. А знаешь что, я, пожалуй, уволюсь из института. Буду только частные уроки давать, у меня прибавится времени, возьму еще парочку учеников. А? Как думаешь?
– Тебе не жалко бросать институт?
– А что делать? За те копейки, которые мне там платят, даже чихать стыдно, не то что преподавать.
– Мариночка, решай сама, а я тебя во всем поддержу! Но если ты собралась уходить, да еще учеников брать, у меня есть условия: ты должна заканчивать пораньше, чтобы не идти домой черт-те во сколько, по темным улицам, и обязательно освободить пару дней, ну, или хоть один, для себя. Бог с ними, с деньгами, всех не заработаешь, а загнуться от такой нагрузки вполне можно. Да и не голодаем же мы! Если совсем уж припрет, что-нибудь придумаем!
– Согласна! – сказала мама.
"– Трудно поживает, как и все мы. Крутится, как белка в колесе, подрабатывает где может, статьи за наших «халявщиков» пишет, программы левые, а куда деваться? В прошлом месяце нужно было оборудование починить, полетело, родимое, от старости. Деньги мне на ремонт обещали дать, но месяца через три, не раньше. А что это значит?! Если на нем вся работа идет, следовательно, три месяца простоя! Так Илья, ничего мне не говоря, где-то ночами грузчиком работал, принес деньги.
– Не заводись снова, Игорь! Он молодец, нашел же выход из положения.
– Да! – возмутился папа – Но так и надорваться можно! Он же работает по двадцать часов в сутки! Не спит ночами, смеется – совмещаю, говорит, умственный и физический труд.
– Все, все! Игорь, хватит! Об этом можно часами говорить и изводить себя ощущением бессилия! Я считаю, что ты делаешь все правильно, и очень тобой горжусь! Ты не бросаешь дело всей жизни, не предаешь ни себя, ни своих учителей и, главное, свою работу. А это важно.