Она достала из сумки яблоко, внимательно его рассмотрела и пояснила тоном капризной дурочки:
– В художники хочу! – и смачно откусила от яблока.
– Да уж! – удрученно вздохнул молодой человек и указал рукой направление. – Приемная комиссия там.
– Премного благодарна! – не вышла из образа Юлька.
Незнакомый молодой человек оказался преподавателем, принимавшим у нее экзамен по рисунку. Когда он увидел Юльку, входившую в аудиторию вместе с остальными абитуриентами, то схватился за сердце."
"– Барышня! – возроптал экзаменатор.
– Нет! – решительно ответила Юлька. – Пробовать я буду!
И сдала экзамен на «пять»!
И понеслась ее студенческая жизнь среди оторванных бесшабашных художников. При Юлькиной неординарной внешности, организаторских способностях, неиссякаемой энергии, юморе и жизнерадостности она сразу оказалась в центре внимания своего курса, а скоро и всего института.
Юлькина неуемность, умение заразить окружающих собственными идеями и их исполнением и огромное желание быть занятой так, чтобы и намек на мысли об Илье не прошелестел в головушке, напоминая о хронической внутренней боли, вызывали новые задумки и втягивали ее в разные проделки.
Вспомнив свои детские постановки, заразив идеей массу народа, она воплотила в жизнь такой новогодний концерт, что пришлось его показывать много раз. Разговоры о потрясном концерте, который подготовили первокурсники, гремели по всему институту, приходил смотреть ректор, сидел в первом ряду и смеялся громче остальных.
Она принимала участие во всех бомондовских институтских тусовках, а как-то предоставила свое тело для бодиарта двум старшекурсницам, которых пригласили для этого на крутую вечеринку модельеров. Юльку там много раз фотографировали в разрисованном виде. Две ее фотографии попали в один из глянцевых журналов, где печатался обзор этой вечеринки, сопровождаемый снимками.
Журнал Юлька торжественно продемонстрировала родителям, чем довела любимого папу до предынфарктного состояния.
– Дочь! – возроптал отец. – Ты совсем с ума сошла! Ты же голая!
– Не голая, – смеялась Юлька, – на мне краска! Много краски!
– А мне нравится, – заступилась мама. – По-моему, красиво получилось, и трусики на ней есть.
– Красиво?! – возмутился папа. – На всю страну голой грудью протрясла!
– Да ладно, па! Классно же получилось! – не испугалась отцовского гнева Юлька. – Ну, признайся!
– Красиво, я не спорю, – нехотя согласился он.