Камерон заставил ее признаться в том, что ты ее не изнасиловал, но теперь она говорит, что ты ее соблазнил и ребенок у нее от тебя. Что он может поделать?
— Ничего, — буркнул Пейтон и решительно добавил: — Абсолютно ничего, и я его понимаю. Естественно, это понимание не умаляет моего ужаса оттого, что мне придется взять эту женщину в жены.
Эвери обняла его.
— Когда ты должен на ней жениться?
— Через неделю, а может быть, через две. А с чего это ты вдруг так обрадовалась? — подозрительно спросил он, заметив, что Эвери улыбается.
"— Потому что это лишний раз доказывает, что он ей не верит, — пояснила Эвери и прижала кулачки к груди. — Пейтон, пойми, он дает тебе время доказать, что она лжет. Да и сам хочет это выяснить. По правде говоря, он дает тебе шанс от нее освободиться.
— Пожалуй, ты права. Но как я смогу узнать правду? Ведь мне не позволят уехать из Кейнмора.
— Ты сумеешь вытянуть из нее признание. Я в этом ни капли не сомневаюсь, — возразила Эвери.
— Хотел бы я быть так уверен в этом.
— У тебя все получится. Надо, чтобы она заявила при свидетелях, что не ты отец ребенка, и назвала имя своего любовника. И тогда Камерон притащит этого парня в замок и учинит ему допрос. А кроме того, мне кажется, тебе поможет и то, что нам с Джиллианой удалось узнать.
— Нисколько не сомневаюсь, что вы вдвоем отлично потрудились, — ухмыльнулся Пейтон. — Ты поэтому захотела повидаться со мной наедине?
— Да, а еще для того, чтобы объяснить тебе, почему мы с Камероном стали любовниками.
— А как ты думаешь, когда все утрясется, Камерон захочет жениться на тебе?
— Не знаю, — тихо произнесла Эвери, стараясь не расплакаться. — Все в замке уверены, что я вернусь, но сам он ни словом об этом не обмолвился.
— Это верно. Да и Боуэн ждет. Он дал нам два часа, и это время уже на исходе.
— О Господи! Тогда слушай.