На вид лет восемнадцати, решила Эвери, а то и моложе. В отличие от жгучего брюнета Камерона волосы у него были огненно-рыжие. Был он высок и строен, правда, чересчур худ.
Взглянув широко раскрытыми от изумления глазами сначала на кинжал, а потом на Эвери, юноша по-английски произнес:
— Камерон, это…
— Я знаю, Дональд, — перебил его Камерон на том же языке.
Не отрывая от Эвери взгляда, юноша прошептал:
— У нее глаза, как у кошки.
— Совершенно верно. И я начинаю думать, что она такая же дикая, как и худшие представители этой породы.
В этот момент в дверь снова забарабанили, и Камерон нахмурился. — Что-то в последнее время я пользуюсь большим спросом, — пробормотал он по-французски, покосившись на Бернара.
— Бернар, жирная свинья! Открывай! Я знаю, что ты здесь! — услышали они разгневанный мужской голос.
— А, так это вас, — обратился Камерон к Бернару. — Советую вам выяснить, что этот человек от вас хочет.
— Так мы с вами в расчете? — спросил Бернар.
— Я над этим еще подумаю.
Бернар открыл дверь, и в комнату ворвался мужчина со взъерошенными каштановыми волосами.
— Джиллиана! — воскликнула она и попыталась вскочить, однако Камерон не позволил ей этого сделать, мягко, но решительно поставив ногу ей на грудь.
— Получай обратно эту маленькую сучку! — рявкнул Рэнфорд, толкнув Джиллиану к Бернару. — Она заразная!
Взглянув на девочку, Бернар испуганно попятился и даже быстро выставил вперед руки, чтобы ненароком ее не коснуться.
— Ты что, собираешься убить ребенка? — потрясенно воскликнула Эвери, решив больше не изображать из себя француженку и попытаться остановить этого дикаря. Джиллиана вполне могла броситься на меч и погибнуть.
— Но она же заразная, — брезгливо поморщился Камерон.
Вглядевшись в Джиллиану, Эвери облегченно улыбнулась. Лицо девочки было сплошь покрыто красными пятнами, а необыкновенные, разного цвета глаза припухли и покраснели.
— Он что, давал тебе землянику? — спросила она кузину.
— Как же, дождешься от него! — буркнула Джиллиана — я сама сорвала несколько ягод, когда он отвернулся, и съела.
Помешкав, Камерон опустил шпагу.
— Значит, ты его обманула. Нехорошо… — покачал он головой, снимая ногу с груди Эвери.