У Геральта была странная привычка: перед сном принимать десять капель противоядия. Я часто подсмеивалась над ней.
— Этого мало, чтобы нейтрализовать сильные яды, — возразила я.
— Видимо, оказалось достаточно, чтобы не погубить его и в то же время не уберечь от мнимой смерти. Вы правы, генерал, вы не владеете магией эльфов, но у вас есть то, без чего ритуал не состоится, — взялась Эрита за старое, не обращая внимания, в какое негодование Дамиан приходит при упоминании об отце. — Ваша кровь и… сейчас покажу!
Женщина быстро поднялась, подошла к письменному столу, покопалась в верхнем выдвижном ящике, подошла к Майе и протянула ему темно-желтый, местами коричневый листок.
— Я нашла его в той рукописи. Это описание ритуала, — пояснила она на всякий случай и запричитала с льющимися по щекам слезами: — Спасите его, генерал! Я никогда никого так не любила, как Геральта. Умоляю вас, подарите нам счастье, которого мы оба прежде не знали.
Не удержавшись от любопытства, я заглянула в него. Все поплыло перед глазами, стоило увидеть под многочисленными кривыми строчками рисунок кулона, точь-в-точь такого же, что был надет сейчас на мне.
— Теперь все ясно, — на выдохе проговорил Дамиан и положил листок на столик. — Не хочу расстраивать вас, Эрита, но я не могу вам помочь. Если с кровью проблем не возникнет, то…
— Почему? — просипела прорицательница и вмиг погасла, точно огарок свечи.
— Это больше не в моих силах, — принялся объяснять он.
Наконец я пришла в себя и тут же поняла, что оракул вот-вот раскроет Майе мою тайну. Женщину выдавали глаза. Желая предотвратить грозу, я вскочила с дивана, будто с раскаленных камней, схватила генерала за руку и потянула на себя, призывая встать.
— Мы обязательно подумаем, как спасти архимага Клирела. Подготовка к ритуалу — не простое дело. Нам нужно время. Спокойной ночи! И до встречи!
Не дожидаясь ответа, я покинула гостиную широким шагом, а из башни вылетела, словно сорвавшаяся с ладони сфера.
— Что это было? — недоуменно спросил Дамиан, выскочив вслед за мной.
Я не представляла, что произойдет дальше. Возможно, уже утром я окажусь в темнице, может, даже на виселице, но держать все в тайне больше не могла. Вернее, не имела права, раз на кону стояла жизнь человека, ставшего мне таким близким.