В следующий миг входная дверь распахнулась с такой силой, что ударилась о стену и жалобно заскрипела. Не успей я, флакон, а вместе с ним и свидетельство моей невиновности, оказались бы раздавленными тяжелыми сапогами охранников.
— Что здесь происходит? — грозно спросил широкоплечий начальник караула.
— Она пыталась меня убить. Вот доказательство, — я подняла вверх руку и продемонстрировала всем крохотную бутылочку.
— Что там? — прогромыхал вошедший в гостиную Майе.
«Откуда он взялся? Неужели женские разборки теперь в его компетенции? Предоставил бы дело кому-нибудь рангом ниже», — замелькали мысли.
Я сама сгорала от желания узнать, что за яд приготовила для меня Кэролайн, поэтому не спешила отдавать флакон. Откупорила его, сняла артефакт и легким движением руки направила к себе поток воздуха.
— Мать-королева ядов. То бишь аконит, — заключила я. — А не этим ли ядом убили Кента? Может, его смерть тоже ее рук дело?
На лице Майе не дрогнул ни один мускул. Казалось, он надел маску, отчего сложно было разобрать его мысли.
За спиной раздалось кряхтение. Я повернулась и заметила, что Кэролайн пришла в себя. Она держалась за голову и свирепо щурилась.
— Ах ты, гадина, опорочить меня решила, — зашипела плутовка. — Генерал, не верьте этой лживой твари. Все было совсем не так. Это она хотела меня убить, а я боролась за жизнь.
— Зачем ей тебя убивать? — ледяным тоном осведомился глава безопасности.
— Она сговорилась с демоническим отродьем, — твердо заявила Кэролайн и с нажимом добавила: — Яд не мой!
Взмахом руки начальник караула создал воздушный поток, который забрал пузырек с моей раскрытой ладони, и отдал Майе.
— Вообще-то, это вы в ее покоях, а не наоборот, — мудро заметил он.
— Так она меня в гости позвала. А я пришла. Откуда мне было знать, что она задумала. Постучалась, открыла дверь, зашла в гостиную, а демоница на меня из-за угла как наскочит. Если бы не вы, генерал, не видать мне больше солнца, не встречать рассветов, не провожать закатов…
Кэролайн наигранно шмыгнула носом, прижала кулаки к глазам и стала усердно тереть, делая вид, что плачет.
— Что с ними делать? — потревожил тишину начальник караула.
Сердце забухало в груди в ожидании вердикта.