Хотелось вскочить и бежать без оглядки, оказаться на краю света либо в забытой глуши, где меня никто не нашел бы. Особенно Майе!"
"Попытки всецело сосредоточиться на словах ректора постоянно заканчивались провалом. Тем временем как его фразы пролетали мимо ушей, мои глаза то и дело устремлялись к важному гостю. Сама того не желая, я изучала исподтишка человека, стоявшего от меня в нескольких шагах.
Три года не прошли для него бесследно. На левой стороне подбородка появился двухдюймовый шрам, лицо приобрело еще более суровое выражение.
«Зачем минейр Гринсби вызвал меня? И что здесь делает Майе?» — задавалась вопросами, чувствуя, как шевелятся волоски на руках.
Страшно было подумать, что генерал предпримет, если правда всплывет наружу. Или уже всплыла? Иначе зачем явился в академию?
Не вечер, а сущий кошмар! Только происходящее мало походило на сон, да и глава безопасности не был похож на привидение. Разве что самую малость, благодаря светлым волосам и бледной коже, которые выдавали его истинную сущность.
— … вам выпала великая честь, — внезапно долетел до меня обрывок фразы минейра Гринсби.
Его голос, наполненный весельем и нескрываемым облегчением, звучал необычайно пафосно. Я превратилась в одни большие уши, нутром чувствуя, что сейчас ректор выдаст что-то крайне важное, вдобавок малоприятное. Выдержанная пауза лишь усилила подозрения.
— Стать королевским дегустатором!
Последние три слова глава академии почти прокричал.
Ситуация прояснилась: генерал Майе прибыл в учебное заведение по долгу службы похлопотать о новом дегустаторе. Казалось бы, стоило выдохнуть, ведь он не узнал меня, но перед внутренним взором невольно возник собственный портрет с траурной лентой в нижнем углу.
Сердце бешено заколотилось в груди, глаза обожгли непрошенные слезы.
Возмущения наряду с возражениями застряли на языке. Я хотела сказать минейру Гринсби, что не испытываю ни малейшего желания становиться королевским дегустатором, но с губ слетали лишь рваные звуки.
Сжав кулаки, сделала глубокий вдох и такой же протяжный выдох. Мне следовало немедленно взять себя в руки и постараться убедить этого самодура и весьма нехорошего человека изменить решение.