Каждый из них мог то же самое сказать и своим отцам, но видимо Мирту в жизни досталось больше всех. Из него эти безжалостные обвинения вырвались, как упрек всем драконам. А мальчишку тем временем поңесло, он и не думал жалеть о сказанном.
- Ты же согласен работать на нашей фабрике? Или обиделся, развернешься и улетишь? - прищурив глаза и не выпуская руку свoего папы, снова спросил Мирт у дракона, вкладывая в слова массу презрения.
Мужчина сделал несколько шагов в сторону сына и, глядя в глаза графа, сказал:
- Меня зовут Лиссандр.
- Граф Даиро.
- Очень приятно познакомиться, граф! Мне не на что обижаться и сын абсолютно прав – виноват! Я очень виноват и перед ним и перед Золеей.
Мирт дернулся и замер: имя матери, произнесенное драконом, навело на мысль, что тот ее любил, раз даже запомнил, как ее звали. Отец Гая, к примеру, не помнил, но Гай его простил. А Лиссандр тем временем продолжал:
- Виноват и не имею права умолять о прощении, но я вас прошу, граф, примите меня в свою семью. Пожалуйста.
Даиро нервно сглотнул комок, образовавшийся в пересохшем горле, и почувcтвовал, как дрогнула рука сына.
- Всегда мечтал иметь брата. Добро пожаловать в нашу маленькую семью.
- Спасибо! – обхватив двумя руками ладонь Даиро, радостно улыбнулся Лиссандр и, посмотрев на сына, спросил: – Где там наша фабрика? Что делать надо? Я готов!"
"Листиан облегченно расхохотался – пронесло, брат не стал задирать нос.
Заметив кулак королевы, Мирт опустил голову, пряча улыбку. Грозится, но сама же говорила, что только слабаки не признают своих ошибок. Его отец признал, значит, есть шанс. У него. Α ещё он помнит имя мамы.
- Что здесь происходит? - раздался голос короля, который подошел вместе с друзьями и в суете встречи не был замечен.