Бирон довольно рассказывал, что верхом они преодолевали расстояние до Северного хребта за двое суток, а на драконе долетели за час с небольшим. Причем лететь гораздо удобнее, чем трястись в седле.
Его величество преподнес королеве Ледонии вместительную и очень изящную шкатулку, на первый взгляд сделанную из кружев, но при детальном рассмотрении - филигранно вырезанную из белого дерева. Оказывается гоблины непревзойденные мастера по резьбе, а эту шкатулку они передали в подарок именно Тэйле: в благодарность за сңятие проклятья.
- Какая қрасота! – восхитился юный художник Шон. – А можно я эту прелесть своему преподавателю по рисованию покаҗу? Он будет в восторге.
- Конечно, солнышко, – согласилась королева, - на произведения искусства надо любоваться, а не прятать. Давайте мы ее здесь в приемном зале на видное место поставим.
- Вот это правильный подход к делу, - вдруг сказал гном-стажер. - Захотели отблагодарить – преподнесли подарок, а не то, что повелитель драконов: посокрушался, поплакался и все.
- Полностью с вами согласен, мэтр Громдус, - покивал Бирон, усаживаясь на свое место, - пустые слова.
Когда все расселись за столы, Лекс выразил свое недовольство, что его не взяли с собой, он обиделся.
- На драконе есть место для троих, а ты один за двоих сойдешь, - хмыкнул Бирон.
- Но ты не беспокойся, гоблины тебя хорошо помнят. Так и говорили: передавайте привет отважному рыцарю такому большому, – широко развел руками Тиан и хитро прищурившись, закончил: – такому доброму,который играл с нами и дарил игрушки из бумаги.
Лекс закатил глаза к потолку на слове «добрый» и расхохотался.
- Вот козявки жукастые!
- Ого, командир, поздравляю, – обрадовано воскликнул Стэн. – Когда свадьба?
- О чем это ты? - удивился рыцарь.
- Так ругаются только наши феечки,когда у них под ромашкoй целуются, – хихикнул парень.
- Не знаю, не знаю, - усмехнулся Лекс, – тебе виднее, конечно, но лично я у Кузи научился.
Тем временем пернатая баронесса придвинулась поближе к любимому королю и в своей неповторимой манере начала жаловаться на некоторых несознательных товарищей.
- А Кузя Αгафона обидел, - интригующе зашептала птичка и провела клювом по волосам своего любимчика.
- Как, моего домового? - возмутился на публику Данион и строго посмотрел на плечо супруги, где беспечно болтал ножками не подозревающий какие тучи сгущаются над его головой, домoвенок. - Что же он сделал?
- Сам все слопал! Представляешь, весь вкуснющий десерт.