Вся её напряжённая поза говорила об этом и взгляд. Глаза Берсеньевой врать не умели, а там сейчас было сплошное разочарование.
Во мне.
Это будто мне резко перекрыли кислород. Делаю вдох, но воздуха, сука, нет. Понимаю, что надо действовать, но руки буквально прилипли к небольшой раковине, за которую я держался.
– Влад, прекрати портить имущество, – спокойный голос Ягодки раздался неожиданно и совсем близко.
Оказывается, Мирослава стояла рядом со мной, пытаясь оттащить от уже покосившегося на бок умывальника.
Отпустил руки вдоль тела, стараясь вернуть себе мозги и способность дышать.
– Ковальский, пошли в палату, а то ты совсем сегодня буйный.
Берсеньева, подхватив меня под локоток, повела за собой как какого-то несмышлёныша.
Вывела, усадила на свою кровать, а сама присела в кресло, в котором совсем недавно дремал я.
– Мне придётся и дальше из тебя каждое слово клещами вытягивать? Или ты наконец-то просветишь меня в эти тайны мадридского двора.
Мира не ушла сразу и желает слушать – возможно, вот он мой шанс открыться и довериться, а там хрен с ним. Пусть что будет, то будет.
– Мне было двадцать два – горячий, молодой и необузданный самец, который поступал так, как считал нужным. Клава была восемнадцатилетней девочкой, пришедшей в нашу семью за помощью, которая после автокатастрофы осталась одна – погибли родители и пятилетний брат. Наши матери дружили со школьных времён, но в последние года как-то редко виделись, так что взрослую подругу детства я фактически увидел впервые в тот день.
Я вздохнул, пытаясь не потонуть в собственных воспоминаниях, о которых столько лет пытался забыть, но всё безрезультатно.
– Милая и нежная, она влюбилась в меня с первого взгляда, а я тащился от её кротости. Мы поженились через месяц от первого дня знакомства, а ещё через три она попросила у меня развод. Да только я поржал, не придав значения её словам. Тогда Клава попросила завести любовницу, ибо она плохая жена и больше не может выносить мои притязания на её тело.
Я ухмыльнулся, рассматривая невозмутимое лицо Ягодки. Ну это ненадолго. Сейчас, когда я дойду до главной части моего говна, она очнётся!
– Ковальский, ты паузы короче делай, а то до утра не успеем, а я ещё вздремнуть до этого момента планирую, – подстегнула меня девушка, складывая руки в замок и цепляя его за колено.
– Я постараюсь мини-версию.