Вон как тогда в командировке в бассейне лютовал. Чуть ли не искры из глаз, а ведь ничего такого не было.
Домчались мы быстро, но я в принципе не хотела вести беседы. Константин это сразу понял и просто вёз.
Сопроводил до дверей и отчалил.
Зашла в квартиру со смешными чувствами – возвращение блудной дочери. Кругом всё родное, но уже такое незнакомое.
Полдня бродила по комнатам в поисках чего-то, но никак не могла понять, что изменилось. Может, я? Или просто проблемы с головой.
От Ковальского поначалу приходили короткие смс с вопросами или предложениями касательно моего благоустройства, но я не отвечала.
Вечером после моего сообщения прискакала Ами, ещё и в сопровождении жениха.
– Мир, ну я в шоке. Твой Ковальский ещё тот жук! – с порога начала подруга, радостно обнимая и целуя меня.
Хотела привычно поспорить, что он не мой, но … как оказалось, вроде, мой.
– Он вообще у вас птица тёмная, – добавил Никита, приобнимая мои плечи в знак поддержки.
– Привет, Ник. Я в курсе.
– Рассказал? – только и спросил мужчина.
Кивнула.
– Тогда молчу.
– О чём это ты молчишь, Малыш? – выбегая из кухни, тут же вклинилась в разговор Амато. – Чего я пропустила, пока тортик ставила и чайник включала. Есть хочу.
Я отрицательно мотнула головой, сигнализируя Сокольскому, что не хочу этим тревожить его невесту.
– И почему сразу тортик? Может, мяса? – ухватилась я за последнее предложение девушки.
– Тортик, так как повод есть. Новоселье, – смеясь, ответила подруга. – Так что там у вас?
– Мира сказала, что сама разберётся со своим мужчиной, так что я не лезу.
Амато нахмурилась, но согласно качнула головой.
– Конечно, сама, а если Владислав не одумается дурить, то тогда мы подключимся.
Ой! Вот тут уже реально страшно становится. Сокольскому этот энтузиазм тоже был не по душе, что скулы напряглись.
– Только давайте не сами, девочки? Ага? Есть хотя бы я в помощь.
На том и закрыли тему. При женихе Ами не стала пытать меня серьёзными вопросами, чему сегодня я была рада.
Мне нравилось смотреть на эту весёлую и вечно спорящую парочку влюбленных. Я расслабилась, забывая на время свои неприятности и вопросы, которые требовали немедленного решения.
Поэтому, когда ближе к девяти вечера они ушли, взяв с меня обещание звонить по любому поводу, мои «волки» вышли из леса.
Приняв душ, удобно устроилась на постели.