Так и до инфаркта недалеко. — Я сейчас позвоню Нине Вадимовне, пусть она мне скажет…
— Не вопрос, — криво ухмыляется Лом и тут же по громкой связи набирает мать. — Ма, — тянет, как в детстве. — Лешка нашелся. Он у Киры был. А мы обыскались…
— У нашей Кирочки? — удивляется старая жаба. Вот и не знала даже, что я у нее «наша Кирочка».
— Да, мам, — влезает в разговор Леха. — Мы тут к Ромке с Шакирой завалились. Все нормально.
— Здравствуйте, тетя Нина, — пищу я, как припадочная куропатка.
— Здравствуй, моя хорошая! — поет Нина Вадимовна, как будто это не она выставила меня за дверь пятнадцать лет назад.
— Жди нас на обед, — весело обрывает ее Ромка. — И коньяк достань. Есть что отметить.
— Что? — напрягается Нина.
— Я женюсь на Кире, — торжественно заявляет Леха. — Хотел сообщить тебе лично, но кое-кто из моих поклонников не оставил мне выбора. Вот Игорь Петрович Пирогов нам тут все нервы вытрепал, желая убедиться, что ты знаешь Киру…
— Бред какой-то! Конечно, знаю! — фыркает Нина и добавляет устало: — Как же мне твои фанаты надоели, Леша! И почему люди не живут своей жизнью? — театрально вздыхает она.
— Ладно, мам, — прерывает ее причитания Лом. — Мы скоро будем.
— И Пирогов с вами? — недоуменно уточняет Нина.
— Нет, — тут же заверяет старший Воскобойников. — У Игоря Петровича свои дела. Ему некогда.
— Ну и хорошо, — довольно бурчит Нина.
Все так же не отлипая от Лехи, я бросаю косой взгляд на Пирогова. Жабьи причитания его, конечно, убедили. А вот меня повергли в очередной шок. Только опытный человек, знающий Нину Вадимовну годами, может разобраться в этих ласковых интонациях. Я уж точно определяю, когда поменялся тембр, а уж фразочка «девочки тоже подъедут» не оставила ни капли сомнений. Ясное дело, жабешки сейчас приготовятся к бою и выпрут новоявленную Лешкину невесту, стоит только заявиться на порог.
— А кольцо где? — хватается за последнюю зацепку Пирогов. Чешет лысину и все еще подозрительно смотрит на нас с Воскобойниковым.
— Ты мне надоел, Игорь Петрович, — морщится Леха, целует меня в лоб и ласково шепчет: — Погоди, Кирюшенька.
Тянется к своей сумке, лежащей на соседнем кресле, и одной рукой пытается открыть боковое отделение. Когда ему это удается, выуживает ключи от квартиры.