«Как недалеко?»
«Чуть меньше километра. Рядом – смотровая башня».
«Как это случилось?»
«Никто не рассчитывал, что эти идиоты-тайконавты выберут для посадки площадку прямо на куполе шахты мегароида».
«Они видели шахту?»
«Они разбились. Но туда прилетели русские на своём марсианском модуле, спасать друзей, так сказать. – Макдональдс хрюкнул. – Нашли друзей, кретины!»
«Короче».
«Русские летают прямо над провалом, могут увидеть шахту».
Калкаманов на мгновение потерял дар речи. Выражение вполне подходило под его чувства, хотя в настоящий момент разговор вёлся в мысленном диапазоне.
«Вы с ума сошли?!»
«Я давно предлагал перенести нашу базу на Венеру или на Марс».
«Немедленно уничтожьте шахту!»
«Но русские уже там…»
«К чёрту русских и кто бы с ними ни был! Надо закрыть дыру раз и навсегда! Взорвите шахту, да так, чтобы от неё и древних форм не осталось ни атома!»
«Там совсем рядом наш зал конференций, смотровая башня…»
«Ликвидируйте шахту и начинайте эвакуацию, после чего мы взорвём базу и закупорим вход в наш лунный терминал».
Кто-то подошёл к уважаемому дирижёру, задержавшемуся за кулисами.
– Господин Калкаманов, простите…
Генеральный Поводырь повернулся к низкорослому пухлому человечку, директору Брюссельской консерватории.
– Отстаньте!
Толстяк опешил, вздёрнул редкие брови, побагровел, прижал к груди ладошки.
– Извините, я просто хотел выразить своё восхищение.
Лицо Калкаманова смягчилось, зеленоватый оттенок на нём исчез.
– Это я не вам. – Он показал на усик мобильного айкома за ухом. – Подводят даже компаньоны, знаете ли, с которыми общаюсь много лет. Я договорю и побеседую с вами.
Директор консерватории расцвёл, снова прижал ладошки к груди, щёки его затряслись.
– О, разумеется, я понимаю. Хотим с супругой пригласить вас на ужин, если не возражаете.
– Подумаю. – Калкаманов отвернулся, зашагал со сцены, не обращая внимания на гул аплодисментов; ему было не до повторного выхода.
«Поднимите по тревоге чистильщиков».
«Уже», – ответил Макдональдс, который в этот момент находился в Вашингтоне, где занимал пост главы администрации президента США.
«И попытайтесь остановить русских».
«Как?»
«Поднимите все свои связи в НАСА… впрочем, я подключу к этому делу Охотника. Через пять минут встречаемся на базе».
Разговор прекратился. В исключительных обстоятельствах слово Генерального Поводыря было решающим, и никто не мог ответить ему отказом.