Но за свое промедление и за то, что упустил подручного Дивногорского, Владимир ответит сполна.
– Тогда арестуй! Не стой столбом, скотина! Помоги мне встать и надень на преступника наручники!
Черт немедленно появился рядом и, приподняв хозяина за подмышки, поставил на ноги. Вертемягин пошатнулся, но не упал. И с большим удовольствием принялся наблюдать, как поганый черт, плавя себе ладони серебром наручников, надевает их на ублюдка Дивногорского. Тот шипел, морщась от боли в вывернутой руке.
Из чердачного окна набережная была видна как на ладони, и Лев Николаевич успел заметить, что его колдун блестяще справился с буржуйским прихвостнем.
– Сдаюсь! Арестовывай!
Лев Николаевич мявкнул и в расстройстве шлепнул лапой по собственному носу.
"Но жалеть уже поздно. Теперь нужно точно следовать плану. Нападать и пытаться спасти хозяина ни в коем случае нельзя. Див – это оружие колдуна. И атака дива по закону приравнивается к сопротивлению аресту. Если напасть, хозяина не уведут, как обычно, в каталажку, а попросту убьют. Итак, первым делом надо как следует запомнить запах вражеского колдуна.
Хе-хе, но как же забавно он барахтается в луже, пытаясь подняться.
Положение буржуйского прихвостня, по всей видимости, развлекало не только Льва Николаевича. На улице собралась толпа зевак. Они бурно обсуждали увиденное и, не стесняясь, посмеивались. Наконец колдун Управления с помощью своего дива все же сумел принять вертикальное положение.
Лапу сводило болью: полицейский див при аресте однозначно повредил хозяину руку.
Второй пункт плана – проследить за колдуном Управления. Узнать, где он живет и куда в этот раз по этапу отправят хозяина, чтобы как можно быстрее его освободить.
А потом, уже не по плану, сожрать мерзкого прислужника богатеев. Кот облизнулся. Он никогда не ел колдунов, но очень хотел попробовать.
Пока Лев Николаевич представлял будущее пиршество, полицейский див уже успел втолкнуть арестованного в автомобиль.