"
"Показания других свидетелей обвинения позволили уточнить некоторые технические детали дела: точное местонахождение теплохода в гавани в тот момент, когда Векстер прыгнул за борт, рельеф дна в том месте и тому подобное.
После этого на свидетельское место поднялся полицейский эксперт, проводивший анализ пятен на лодке Джили и на ноже. Он показал, что это были пятна человеческой крови.
– Когда вы проводили анализ? – спросил свидетеля Мейсон.
– Девятнадцатого июня.
– И установили, что кровь была десяти-четырнадцатидневной давности?
– Да, я пришел к такому выводу.
– Вы имеете в виду пятна на лодке?
– Да.
– И на кинжале?
– Да.
– Могли эти пятна появиться раньше?
Свидетель на минуту заколебался.
– Могли.
– Скажем, месяц назад?
– Могли.
– Таким образом, вы практически основывали свое заключение на показаниях Джили?
– Да, – смутившись, ответил эксперт.
– Известно ли вам, что Джек Джили ранее был осужден за лжесвидетельство?
Свидетель смутился еще больше.
– Возражаю! – снова вмешался Бергер.
– Возражение принято, – решил судья. – Защитник должен ограничиться вопросами, имеющими значение для выяснения компетентности свидетеля.
– В таком случае у меня больше нет вопросов, ваша честь, – заявил Мейсон.
Показания Макса Даттона, последнего свидетеля обвинения на этот день, действительно явились неожиданностью для присутствующих.
Он сообщил, что живет в Брюсселе и прилетел сюда для дачи показаний по просьбе окружного прокурора.
Даттон сообщил, что Монрой Векстер часто прибегал к его услугам и что он заносил в картотеку наиболее крупные и ценные бриллианты из представленных Векстером на экспертизу.
Последняя партия камней от Векстера поступила к нему в фирменном ящичке Южноафриканской компании по добыче, обработке и экспорту алмазов.
Свидетель показал, что он, как всегда, отобрал самые крупные камни из всей партии и составил на них паспорта, что позволяет опознать их в любой момент.