Но, приложив усилие, я сдерживаю эмоциональный порыв, ограничиваясь лишь до боли сжатыми кулаками. Неохота снова заморачиваться с покупкой гаджета. Новому ведь как-никак еще и часа нет.
Путь до дома занимает всего полчаса. Сегодня суббота, и дороге чистые. Только в паре совсем уж узких мест приходится немного потолкаться в заторе. Но это даже к лучшему. Я только рад потянуть время перед встречей с ненавистной фурией, запудрившей мозг моему отцу."
"Жаль, что в наше время ведьм не сжигают на кострах.
Заехав во двор, паркую Ламбо рядом с отцовским Роллс Ройсом. Места тут предостаточно, но я нарочно встаю поближе: батю бесит, когда кто-то притирается к его тачке. Но это ничего, перетерпит, верно? Должен же быть хоть какой-то паритет в наших отношениях. Я-то ради него, можно сказать, на горло собственной гордости наступаю.
– Тимур! Здравствуй! – первой мне навстречу выпархивает женушка отца. Вся такая приторно улыбающаяся, радушная и до омерзения милая.
Объективно говоря, Елизавета выглядит неплохо для своего возраста. Довольно моложавая, ухоженная, стройная. В принципе ясно, что отец в ней нашел. Но лично мне откровенно противно на нее смотреть, ведь за сверкающим фасадом скрывается гнилое нутро. Я же не дурак, прекрасно понимаю, что она спала с моим стариком, когда мать была еще жива. Наличие у него жены, пускай больной и немощной, ее не остановило. Натуральная гадюка.
– Здрасьте, – бросаю небрежно, глядя мимо нее.
Пусть не думает, что я буду играть по ее правилам. То, что ей удалось одурачить моего отца, вовсе не значит, что этот фокус пройдет и со мной.
– Проходи. Мы так рады тебя видеть, – суетится Елизавета. – Анвар, выходи скорее! Тимур приехал.
Проходи, блин. И смех и грех. Кто бы мог подумать, что какая-то левая тетка будет приглашать меня на мою же территорию. Хорошо, хоть что-то вроде «чувствуй себя как дома» не брякнула. А то б я не сдержался.
Лениво бреду в гостиную, попутно озираясь по сторонам.
Сразу видно, переехавшие сюда бабы – те еще колхозницы. Ни стиля, ни изящества. Мама с такой любовь декорировала наш дом, а эти деревенщины на раз-два превратят его в хлев.