Дело чести

 — Нельзя жить в обществе и быть свободным от его установлений, как сказал ваш замечательный юрист, господин Ульянов. Ну и не в последнюю голову, вам уже конечно пора обзаводиться настоящим домом, соответствующим статусу. Ведь что такое Внутренняя Стража? Личные войска государя. У них нет официального статуса гвардии, но и крупные события, и даже приезд иностранных гостей, не обходятся без привлечения Стражи. И то, что было предметом зависти для лейтенанта, для командующего войсками Внутренней Стражи, просто невместно.

 — Говоря, князь поднял трубку телефона, и набрав номер, подождал пока абонент ответит.

— Николай Савельевич, узнали? Отлично. Да, разумеется по делу, и делу, не терпящему промедления. Мне, а точнее моему другу, нужен достойный дом. С фасадом не менее тридцати шагов, большим двором, и обязательно собственным парком. Подыщите ему несколько вариантов? А я разве не сказал? Прошу прощения, Николай Савелич. Это мой близкий друг генерал-майор князь Белоусов. Нет, это младший. Ну который сын. Николай Александрович.

А жив и благополучно здравствует, его батюшка Александр Денисыч. Тоже генерал — майор, и тоже князь. Но у них с супругой дом вполне приличный. Есть где гостей принять. А вот у мальчика все очень грустно в этом смысле. А ведь возможно… Я говорю именно что возможно, что придётся ему принимать кого-то из августейшей семьи. Вы тоже слышали этот гнусный навет на цесаревну Любаву? Ну до чего же люди завистливы. Так вот, любезный мой Николай Савелич. У мальчика можно сказать такие гости на пороге, а ему их и принять-то негде. А ведь у него и Ниххонская принцесса с принцем в знакомстве, да канцлер Райха. В общем разносторонний молодой человек. Что? Могу прямо сейчас послать его к вам? Что-ж, буду премного благодарен, Николай Савелич. И разумеется жду всякий день к себе в гости. Разложим пару пасьянсов, поговорим, обсудим дела. Нам ведь есть что обсудить? Вот и я о том же. Рад был слышать вас в добром здравии, Николай Савелич. Разумеется. И вам того же.

Князь положил трубку и посмотрел на Николая.

— Гадаете, небось, перед кем так расстилался всесильный глава Коллегии Финансов? — Князь усмехнулся, растянув жёсткие тонкие губы в улыбке. — Это глава департамента строительства и благоустройства Москвы. Можно сказать, главный московский строитель и архитектор. И знаете, что я вам скажу, Николай Александрович. Избегайте ссор с учителями, врачами, священниками и строителями. Именно они, а никто другой решают в каком мире мы с вами будем жить завтра.