Когда муж начинает гулять на стороне, есть какой-то промежуток времени, когда он балансирует меж двух более или менее равных сил. Как буриданов осел. У него есть чувство долга по отношению к семье, воспоминания о прожитых вместе годах – это с одной стороны. А с другой – восторг свежей страсти, новые впечатления. Тогда жена устраивает ему слезливую сцену. Она говорит что-то несуразное насчет отданных ему лучших лет жизни. Он видит ее в слезах, с покрасневшими глазами, опустившуюся и неряшливую. Она пытается привязать его узами закона.
– Продолжайте, – сказал Мейсон, внимательно изучая женщину, сидящую напротив.
– Затем она идет к адвокату. Адвокат рассказывает ей про раздел имущества и алименты. Это завершает отчуждение. Каждый раз, когда муж слышит имя дражайшей супруги, оно вызывает у него ассоциации с финансовыми заботами, исками, судебными слушаниями, алиментами, вычетами и выплатами, судебными издержками и прочая и прочая.
– Ясно, – усмехнулся Мейсон.
– Так вот, – продолжила миссис Харлан, – я хочу поставить ситуацию с ног на голову. Я намерена окружить мужа лаской, любовью, заботой и вниманием. Со мной он будет отдыхать, веселиться и развлекаться. А придя к ней, обнаружит, что вынужден разговаривать о финансовых и юридических осложнениях. Я буду для него светом и покоем, она – судебными тяжбами и служебными обязанностями.
Мейсон ухмыльнулся:
– Да, это может оказаться интересным экспериментом.
– Так вы поможете мне?
– Да.
– Но нам надо действовать быстро.
– Как быстро?
– Ужасно быстро. Как только можно. Понимаете, Энни уже готов во всем мне признаться, и сегодня пятая годовщина нашей свадьбы, хотя он об этом явно забыл.
– Вы хотите опередить его, сделать так, чтобы он не успел признаться вам в измене? – спросил Мейсон.
– Конечно! Женщина не должна прощать мужчине измену. Поэтому ей лучше оставаться в неведении.