Как только по заявлению матери было установлено, что дочь спокойно находилась дома, она, очевидно, решила, что все, что нужно было сделать, сделано.
— А дочь была дома?
— Мать говорит, что была. И дочь говорит то же самое.
— Как, устроит эта версия присяжных? Или они настолько хорошенькие?
— Да, они настолько хорошенькие, причем обе.
— Тогда о чем же ты беспокоишься?
— Кто-то вышел из коттеджа приблизительно в то время, когда на земле образовывался толстый слой инея, и побывал на месте преступления. А затем этот или какой-то другой человек вернулся домой.
Дрейк налил кофе в чашку, добавил сливок, положил сахар, сказал: «Похоже, слишком много подозрительного, Перри… Черт возьми, нелегкий путь пришлось сюда проделать. Поэтому сейчас я словно заново родился. Ладно, позвоню-ка я своим ребятам».
Взяв чашку с кофе, детектив подошел к телефону, позвонил в ресторан и поручил своим людям работать с автомобильными номерами.
— Мне непонятно, Перри, — сказал он, вешая трубку. — Зачем тебе автомобильные номера?
— Не знаю. Я…
— А, вот и Делла Стрит.
Большой пикап Перри Мейсона остановился перед домиком. Делла Стрит вышла из автомобиля, вытащила два туго набитых портфеля и легко взбежала по ступенькам. Мейсон открыл дверь.
— Привет, шеф, — произнесла она. — Бьюсь об заклад, вы рады меня видеть… Я имею в виду портфели.
Мейсон усмехнулся:
— В другое время я бы обрадовался. Но сейчас у нас есть другие дела. Заходи.
Делла Стрит бросила портфели на стул. Мейсон обнял ее за плечи, похлопал: «Молодец».
— Пахнет кофе, — установила она, — и… О, боже, Пол Дрейк! А ты что здесь делаешь?
— Угадай, — ответил тот.
— Да как ты сюда попал? Я говорила вчера с тобой по телефону перед тем, как выехать, а ты…
— Снял самолет, прилетел сюда, побрился. Продолжай угадывать.
— Какое-то дело? — спросила она.
Дрейк кивнул.
— И что за дело? — поинтересовалась она.
— Убийство, — сообщил Мейсон.
— Кого убили?
— Волка.
— Как так?
— Вот это-то и волнует шерифа, да и меня.
— А что ваш клиент говорит?
— У меня вроде как два клиента. Один из них — мать, защищающая свою дочь. Другой — дочь, защищающая мать, по крайней мере, я надеюсь.
— Где они сейчас?
— Дочь допрашивают власти. Мать пошла морально поддержать дочь, чтобы та не отвечала на вопросы.